fbpx
Skip to content

Posts from the ‘НПЦ «Берегозащита»’ Category

21
Июн

Наводнения в Крыму. Стихия не всегда предсказуема, но должна быть всегда ожидаемой

        «Засуха и берегоукрепление шагают по руслам рек  Крыма»,  «Чёрную реку в бетон,» «Точку  в истории с берегоукреплением реки Чёрной под Севастополем поставят публичные слушания», «Специалисты уверены, что проблема берегоукрепления реки Чёрная надумана», «Бетонный саркофаг для реки Чёрной», «Правительство Севастополя сошло с ума», «Как правительство Севастополя за 58 млн спасает жителей Черноречья». Так или примерно так назывались ряд статей и видеосюжетов, посвященных проекту берегоукрепления реки Чёрной в селе Черноречье города Севастополя, разработанному НПЦ «Берегозащита» в 2017 году. Чего только мы не прочитали и не послушали о данном проекте и о  себе… Причём не только от разгневанных жителей села Черноречье на общественных слушаниях, но и от поддержавших их местных общественников и депутатов, «единоросов», местных «специалистов».

          Проект, получивший все согласования, прошедший государственную экспетизу в ФАУ «Главгосэкспертиза России», полностью готовый к воплощению, был отвергнут жителями, и в результате правительство Севастополя прогнулось под давлением жителей села и возбужденной общественности, отказавшись от реализации проекта.
          Тогда, на слушаниях,  жителей возмутило то, что я стал показывать фотографии и рассказывать «страшилки» о последствиях наводнений в Краснодарском крае — в Туапсе и Туапсинском районе и в Крымске, когда стал говорить о том, что в Крыму и Севастополе тоже вероятны  наводнения и особенно когда привел доказательства канализационных стоков в реку. Меня во время доклада откровенно чуть ли не освистали и уже не дали продолжить доклад.  Несли чудовищную ахинею: и что изысканий мы не выполняли, и что делали проект по рекам  Краснодарского края, и что рыбу не ту решили выпустить в реку, и что разрушим Чоргуньскую  башню, и что затопчем старое татарское кладбище, и что вода в реке исчезнет, и что тут наводнений не было и не будет и многое другое.
         Сегодня картины, подобные тем, которые были  на фото с  Кубанских наводнений, но уже в натуре можно увидеть в Крыму в результате наводнений 17-18 июня 2021года. Бедствия принесли «засушливые речушки» Севастополя и Крыма.
         Я часто вспоминаю этот свой доклад и сейчас понимаю, что  неверно в нем расставил акценты, начал слишком издалека, не учёл специфику аудитории и был слишком академичен.  Чувство досады и вины  за то, что не смог убедить народ, осталось посей день. Хотя тогда и тот народ убедить в чём-то, несовпадающем с его мнением,  было, пожалуй, невозможно.  Мнение народное сложилось не просто так, а имело под собой простую житейскую причину, а именно: лучше пользоваться речкой, беря из неё воду и сбрасывая в неё хозяйственно-бытовые стоки, чем какая-то непонятная навязанная защита от надуманных наводнений, и, что главное, которая перекроет доступ к воде. Жители были в чём-то по-своему правы. Водопровода и канализации в селе нет, вот и приходится местным жителям пользоваться речкой… А мы тут со своим берегоукреплением хотим перекрыть эти «каналы» нелегального  водопользования. Честного и открытого разговора не получилось. Только в обычных разговорах, за рамками протокольного общения, жители говорили о том, для чего им нужна река.  Вот и пришлось мне и нашим заказчикам выслушивать глупые вопросы и некомпетенстные обвинения.  

         По сути, отвергая и обвиняя проект, на слушаниях отвергали и обвиняли действующие законы, нормы и правила проектироваия, строго в соответствии с которыми проект был  разработан.

         Тогда стало ясно, что это всё нужно было учитывать при формировании программ и при определении приоритетности объектов и что касается проекта, нужно было в техзадании учесть необходимость спусков к воде.

         Угроза наводнений в селе Черноречье есть, причём более существенная, чем в других сёлах. Это сейчас пронесло, когда чаша Чернореченского водохранилища была полупустой и приняла в себя паводковый расход впадающих в нее рек и ручьёв, включая реку Чёрная. Если по какой-либо причине произойдет залповый сброс  воды из водохранилища, то Черноречье первое село, которое окажется на пути водного потока, прошедшего каньон.  Каких бед при этом натворит данный поток, выйдя из каньона и встретив на своём пути русло, не сформированное берегоукрепленими, готовое к приёму паводковых расходов, а заросшее растительностью заполненное русловыми наносами? Для ответа на данный вопрос сегодня нет необходимости ссылаться на примеры из других регионов…
         В этот раз в наибольшей степени пострадали Керчь и Ялта. «Завтра» это может коснуться любого другого населённого пункта. В том докладе я хотел донести до людей, что вероятность климатических аномалий, в том числе вызывающих катастрофические наводнения, неуклонно повышается. Краснодарский край с этим столкнулся раньше. Стихия не всегда непредсказуема, но к ней всегда нужно быть готовым.

         И ещё! Негативность опыта нереализации берегоукрепления на реке Чёрная в селе Черноречье заключается в том, что  после этой многосерийной истории, нашумевшей в прессе и в интернете, у госзаказчиков, по всей видимости, выработалось стойкое неприятие и более настороженное отношение к объектам берегоукреплений из-за проблем с обоснованием их актуальности. Это тоже усугубило неготовность властей всех уровней, пострадавших населённых пунктов и региона в целом,  масштаб последствий от прошедших наводнений 17-18 июня 2021 года. И не последнюю негативную роль в этом сыграла пресса (см. начало статьи). Падкие на сенсации авторы мнимых разоблачений повторяли, множили и тиражиривали явно искаженную и лживую информацию, касающуюся проекта, предприятия, правительства Севастополя. Это вместо того, чтобы разобраться и вникнуть в суть вопроса. 

         Что касается общественных обсуждений мест размещения, а также  проектных и конструктивных решений и параметров берегозащитных гидротехнических сооружений, то нельзя обсуждать и тем более  позволять оспоривать качество проекта тем, кто некомпетентен в вопросах проектирования. Нельзя подменять государственные экспертизы мнением народа. А если так хочется пообсуждать, то не так давно в действующем законодательстве появился отличный механизм регулирования мнением народа: пункт 6, ст. 67.1 Водного кодекса РФ, который запрещает любое капитальное строительство с границах зон затопления и подтопления, если не предусмотрены берегозащитные сооружения.
          Строгий контроль за соблюдением данного пункта поможет исполнительной власти найти понимание местного населения в вопросах проектирования и строительства берегозащитных сооружений.

 

21.06.2021

19
Мар

Сакский процесс НПЦ «Берегозащита» (продолжение и уточнение)


Выиграв судебное дело сначала в Арбитражном суде Республики Крым, а затем и в 21 Апелляционном суде по нашему иску к заказчику (МКУ «Сакиинвестпроект»), коллектив и руководство НПЦ  «Берегозащита» на некоторое время успокоились. Мы поверили в то, что есть на свете справедливость, даже если это касается объекта на территории Республики Крым. Но не тут-то было!
Совершенно неожиданно другое судебное разбирательство, шедшее параллельно и с некоторым опозданием, но только теперь уже по  иску  МКУ «Сакиинвестпроект», в котором НПЦ «Берегозащита» является ответчиком, завершилось не в нашу пользу, а именно решением частично удовлетворить требования истца: конкретнее — вернуть ему 38,4 млн руб (вместо заявленных истцом 52,1 млн руб). Спросите, за что? По мнению Арбитражного суда Республики Крым (суд первой инстанции) и судьи Радвановской Ю.А.,  за то, что, якобы, мы задержали получение заказчиком положительного заключения  ФАУ «Главгосэкспертиза России» аж на 3 месяца.
Во-первых, бросается сразу в глаза несоразмерность суммы искового требования, факт его почти полного удовлетворения  факту «содеянного».

Кстати говоря, судья неоднократно выражала сомнения в правильности толкования истцом п. 14.11 Контракта, посвященного ответственности исполнителя работ за нарушение сроков предоставления положительного заключения экспертизы. 

Данный пункт Контракта  изложен так (дословно, пунктуация и орфография изложены как в Контракте):

«14.11. Заказчик либо Министерство экономического развития Российской Федерации вправе при нарушении обязательств по настоящему Контракту взыскать с Исполнителя оплату неустойки (пени) в случае нарушения срока предоставления положительного заключения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий в размере — 0,5 процента от стоимости Контракта, но не более 500000 (Пятьсот тысяч) рублей за каждый день просрочки».

Богат русский язык: из данной формулировки следует несколько вариантов толкования.

Принятый истцом и Арбитражным судом — самый неадекватный. Как правило, ограничивается не размер пени за день просрочки, а общая сумма пени за весь период просрочки. Ибо и так ясно. что 288 тыс.рублей (0,5% от суммы Контракта) меньше, чем 500  тыс. рублей. Нет смысла ограничивать уже известную сумму пени за день просрочки!  Поэтому 500 тыс. рублей — это ограничение итоговой суммы пени за весь период просрочки.

Во-вторых, суд или недостаточно внимательно изучил все материалы, или подошёл к принятию решения тенденциозно. Я лично больше склоняюсь ко второму.
Иначе, как можно понять следующее:
1. Суд не «увидел» вины самого истца в задержке получения положительного заключения экспертизы, а именно более чем 10 нотариально заверенных писем от НПЦ «Берегозащита», адресованных заказчику, о необходимости представить свои исходные данные  при загрузке проекта в экспертизу, которыми мог располагать лишь заказчик и без которых проектная документация не допускалась к экспертизе. Поневоле возникает вопрос: а не была ли эта нерасторопность и  даже неспешность заказчика, с которой он предоставлял эти документы, например, по земельному участку, умышленной, чтобы затем обвинить во всём проектировщиков, подать на него в суд в попытке хоть что-то «урвать»? И пока ему это удаётся.
2. Суд не счёл достаточными наши действия и усилия, направленные на то, чтобы убедить заказчика в том, что его нерасторопность в предоставлении документов как-то влияет на сроки экспертизы проекта. Суд не понял, почему НПЦ «Берегозащита» для пущей убедительности не остановил свою работу, когда стало ясно, что сроки получения заключения экспертизы срываются по независящим от него обстоятельствам. А сейчас НПЦ «Берегозащита» не понимает, как можно было остановить то, что уже сделано к моменту, когда МКУ начал проявлять свою неготовность к экспертизе?
3. Судом совершенно проигнорирован тот факт, что срок окончания работ согласно дополнительному соглашению 5 от 9 января 2018 г. был перенесён на 1 апреля 2018 г. Заказчик не представил при подписании допсоглашения 5 новую редакцию графика выполнения работ (приложение №1, упомянутое в допсоглашении 5, и являющегося его неотъемлемой частью в сооветствии в п.5 допсоглашения), поэтому или из-за своей некомпетентности считает, или опять же умышленно убеждает в этом суд, что график представления положительного заключения экспертизы остался неизменным, то есть в соответствии с допсоглашением 3, а именно 25 июля 2017 г. От этой даты истец и начинает отсчёт пени в размере по  288 тыс. руб в день за каждый день просрочки. (Как же потенциально выгодна было заказчику затянуть предоставление своих исходно-правовых документов для загрузки в экспертизу: каждый день задержки + почти 0,3 млн. рублей!).

Следует особо отметить, что судом на заседании от 24 октября 2019 г. у истца были запрошены все приложения к допсоглашению 5, о чем свидетельствует аудиозапись заседания суда, 34-я минута). Истец проигнорировал данное требование суда о предоставлении новой редакции графика  выполнения работ — Приложение 1 к допсоглашению 5, а суд в последующих заседаниях к данному вопросу уже не возвращался. 

Истец не видит и, к сожалению, и суд не увидел никакой связи между сроком окончания работ и сроком получения положительных  заключений экспертиз, тогда как результатом выполнения работ по Контракту (Статья 1 «Предмет Контракта», п. 1.4) как раз и является получение положительных заключений экспертиз. Заключая допсоглашение  5, НПЦ «Берегозащита», осознавал, что, перенося срок окончания работ на 1 апреля 2018 года, стороны не могли не изменить и график предоставления заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России», приурочив его к дате окончания работ., т.е. к 1 апреля 2018 года. Это — не  формальный, а реальный срок завершения работ,  который НПЦ «Берегозащита» не нарушил, что было подтверждено решениями как Арбитражного, так и Апелляционного судов по иску НПЦ «Берегозащита» в отношении МКУ «Сакиинвестпроект».     

Если сравнить то, как соотносятся сроки получения положительного заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России» и сроков окончания работ, указанных в самом Контракте (соответственно, 20 апреля 2017 и 30 апреля 2017) г.  и  и в допсоглашении 3 (соответственно, 25 июля 2017 и 31 июля 2017), то  разрыв в сроках составляет, соответственно 10  и 6 календарных дней (период времени, необходимый и достаточный для завершения внесения изменений в рабочую документацию по итогам экспертизы). И далее, если следовать разуму и логике в так и непредставленном суду истцом новой редакции  графика выполнения работ  к допсоглашению 5, аналогично должен быть перенесен и срок получения последнего из оставшихся заключений экспертиз —  заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России», как минимум за 10 календарных дней до окончания работ по Контракту, т.е. не ранее, чем 20 марта 2018 года.     

Заказчик, воспользовавшись тем, что к допсоглашению 5 так и не был приложен уточнённый график выполнения работ  с новым сроком получения заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России», выдвинул  требование возвращения почти   всей стоимости работ по государственному контракту (52 млн из 57 млн). И это при том, что работа была выполнена в срок, в необходимом объёме и без замечаний.

МКУ «Сакиинвестпроект» демонстрирует  небывалую для нас степень цинизма в купе с наглостью и с маниакальным желанием что-то урвать или хотя бы напакостить. При этом юристу МКУ, при активном использовании им правовых ухищрений и уловок, удалось в лучшем случае ввести в заблуждение суд  и повлиять на  судебное решение. Подробный анализ всех прослушанных аудиозаписей заседаний суда показал, насколько сей субъект лжив и изворотлив. Его почерк в тексте  решения суда явно прослеживается. Более того, у меня сложилось стойкое впечатление, что текст решения был подготовлен ещё до заседания суда самим юристом МКУ  в расчёте на то, что представителя НПЦ «Берегозащита» не будет, как и было отмечено в судебном решении, хотя он  и  присутствовал. Всё это иначе, как правовым мошенничеством,  назвать нельзя.

 

Думаю, уверен или почти уверен, что Апелляционный суд разберётся и примет справедливое решение.

Э.Х. Кушу, НПЦ «Берегозащита»

 
06.04.2021

30
Янв

К вопросу о плохих законах

Предыдущая статья касалась несовершенства законодательства. Статья общая и я намеренно в ней не сообщал какие законы я имел ввиду, называя их плохими. Хотя нетрудно догадаться, что речь идет о водном законодательстве, а также так или иначе связанных с ним земельном, градостроительном законодательствах. Недостатки данных, крайне важных для строительной отрасли и в целом для экономики страны, взаимосвязанных секторов законодательства, отражаются на правилах землепользования и землеотведения, нормах градостроительства, правилах застройки населенных пунктов, освоения территорий, проектирования, строительства объектов, обеспечения их безопасной эксплуатации и, наконец, контроля качества работ. Контроль качества на всех стадиях, начиная с подготовки исходно-разрешительной документации, заканчивая контролем за процессом эксплуатации строений. Недостатки, изначально заложенные в законодательстве, переносятся, дублируются слово в слово в подзаконных актах. И затем, когда эта цепочка начинает работать, то отраслевики на всех уровнях оказываются перед большими проблемами, порой неразрешимыми.
Если удается достучаться до верхов и удается внести какие-то поправки в законы, то чаще всего эти поправки не решают проблем, поскольку пока дойдут до финиша, они до неузнаваемости меняются, выхолащиваются, обессмысливаются. То есть когда-то принятый далекий от совершенства закон очень трудно кардинально исправить. Это связано с тем, что, как правило, он взаимосвязан с другими законами и взаимозависим от них и поэтому требует внесения поправок и в другие законы. А другие законы — это другие ведомства, а у них свои цели и интересы, часто конкурентные. но с ними нужно согласовывать, находя компромиссы. Такая инертность действующего законодательства исключает все попытки кардинально его улучшить. Поэтому законы обрастают огромным количеством поправок, дополнений и изменений второстепенных и третьестепенных, сути не меняющих, а лишь свидетельствующих о низком качестве первоначальной редакции принятого закона.
Думаю,, что это касается в целом всего законодательства Российской Федерации. Поэтому мы все становимся заложниками несовершенного законодательства. Вынужден констатировать, что отечественная юриспруденция, как наука, явно отстает от современных требований. Этому можно найти такое объяснение: относительно недавняя смена общественно-политической формации нашего государства еще не нашла соответствующего отражения в сознании как постсоветского общества в целом, так и тех, кто находится на переднем краю юридической науки. Слишком короткий период. чтобы сформировать полностью сбалансированное законодательство. с учетом того, что все начато практически с нуля. Сейчас, судя по всему, идет период проб и ошибок. Правда, исправлению ошибок препятствует то, о чем я написал выше. Более того, как я писал ранее в одной из статей, действующие федеральные законы, принятые в 90-е годы, имеют некоторый налет влияния недружественных западных эмиссаров. Это мое личное мнение. И даже более того, это налет остается и в новых версиях законов после их кардинальной переработки. К таким законам относится Водный кодекс Российской Федерации в версии 2006 года. Я много писал об этом, например, здесь.
Сейчас тоже пишу ради этого. И мне ничего не остается делать, как ждать, когда будет достигнута точка бифуркации, то есть сработает один из законов философии — перехода количества в качество.
Что же делать в данной ситуации? Думаю, что тут необходим системный подход. Во-первых, депутаты всех уровней должны иметь какой-то минимальный порог юридических знаний. Они не должны допускаться к выборам, пока не сдадут соответствующий экзамен. Во-вторых, …..а пусть об этом думают те, кто должен и обязан это делать, имея соответствующие полномочия.

27
Янв

Что может быть хуже плохих законов или что делать с берегоукреплением на реке Псоу?

 

Хотел уже заниматься тем, что мне больше нравится, то есть философскими рассуждениями о смысле бытия и т.д., но дела земные снова заставляют отвлекаться от эдакой глобализации мыслей.

Видимо, не освободившись от стремления всё глобализировать, учитывая последние события в стране, а также, в качестве примера, наши частные проблемы по работе, мешающие успешно работать и нормально зарабатывать, я пришёл к неудивительному выводу!  Во всём виноваты плохие законы или, если политкорректно выражаться, несовершенство законодательства. Плюс жёсткие требования одних чиновников (правоохранителей) их соблюдать. Поэтому плюс боязнь остальных чиновников их нарушать и даже особое усердие их соблюдать, пропорциональное усердию правоохранителей выявлять и наказывать нарушителей…

Это может загубить любое дело.

В качестве примера приведу один из госбюджетных  объектов строительства — берегоукрепление на пограничной реке Псоу в г. Сочи. Объект начали строить ещё до Сочинской Олимпиады, но не успели. Построили 85% и заморозили. Стали думать, как достраивать. Пока думали, река не стала ждать и кое-где размыла недостроенное берегоукрепление. Разработали новый проект по завершению строительства. Проект прошёл региональную экспертизу, т.к. не было оснований для прохождения федеральной экспертизы, в частности на всех уровнях было подтверждено, что особо охраняемых природных территорий (ООПТ) в зоне строительства нет.

Но стройку не начали, поскольку разрешение на строительство от Минприроды РФ нашему госзаказчику получить не удалось, так как, как оказалось, в зоне строительства есть небольшой участок земли, числящаяся за сочинским нацпарком. А это уже  ООПТ федерального значения со всеми вытекающими последствиями. Нужно снова проходить уже федеральную экспертизу, а перед этим ещё и государственную экологическую. Пока данные экспертизы будем проходить, проект снова нужно будет корректировать, поскольку река ждать не может и делает своё дело: размывает недостроенный и неэксплуатируемый объект.

Так наше государство «эффективно» расходует государственные бюджетные средства. Всё это в рамках действующих законов.

Госзаказчик во всем винит проектировщиков, а у тех есть письмо от того же Минприроды РФ о том, что никаких ООПТ в зоне проектирования и строительства объекта нет, посему и подались в региональную экспертизу и получили её положительное заключение. Проектировщик при этом работает без аванса,  а  затраты, понесенные им уже зашкаливают. Госзаказчик же, не заплатив ни рубля, уже готов накладывать санкции.

Так наше государство «поддерживает» малый бизнес. Всё это в рамках действующих законов.

Таким образом, напрашивается вывод: (в последнее время многие граждане нашей страны любят порассуждать на политические или околополитические темы. Позволю и я себе это). В постсоветсткий период в первую очередь плохо сработала наша законодательная ветвь государственной власти. В итоге мы почти все стали заложниками низкокачественной правовой базы, далеких от совершенства законов. Почему почти? Потому, что это не касается юристов всех мастей: судей, работников прокуратуры, адвокатов, работников юридических служб компаний и т.д., так как они всегда при работе, причем неплохо оплачиваемой. Ничего не имею против юристов и юриспруденции, но лучше бы они свои усилия направили бы на совершенствование отечественного законодательства, при этом прислушиваясь к отраслевым специалистам.

21
Дек

Большая вода маленького аула

Вочепший — аул, откуда родом мои родители, где живут мои многочисленные родственники, где в уже ставшем далеким детстве я с братом проводил свои летние каникулы у самых близких. И так уж случилось, что проблемы, с решением которых связаны последние более чем 20 лет моей профессиональной деятельности, коснулись и Вочепшия. Это — проблема размыва берегов, поскольку этот аул, как и многие другие аулы Республики Адыгея, оказался в зоне гидрологического влияния Краснодарского водохранилища.

 

Это слайд-шоу требует JavaScript.

Аул расположен на правом высоком берегу реки Псекупс. Поэтому когда партийные и советские власти и воплощатели их грандиозных планов определялись с участками размещения защитных гидротехнических сооружений при проектировании Краснодарского водохранилища, было принято решение, что защищать селитебные зоны аула нет необходимости: низменные территории на северной окраине аула были затоплены. Жители предварительно отселены. Высокий берег также оставили в первозданном виде, посчитав, что он стабильно устойчив.

В соответствии с Постановлением Совета Министров СССР от 22 октября 1969 года №843 «О мероприятиях по переселению населения, переносу на новые места и сносу строений и сооружений в связи со строительством Краснодарского водохранилища на р. Кубани» (пп. «а», п. 2) «Население, проживающее в зоне затопления, подтопления и берегообрушения (выделено автором) Краснодарского водохранилища, а также на территории, отводимой под строительство объектов, связанных с созданием водохранилища, подлежит в 1969 — 1972 годах обязательному переселению, а строения и сооружения, расположенные в этой зоне и на указанной территории, подлежат сносу или переносу на новые места».

Сознательно ли или неосознанно, но специалисты просчитались, не уделив должного внимания «берегообрушению». Это и понятно: если в отношении зон затопления и подтопления возможны 2 варианта: или переселить жителей с затапливаемой территории, или защитить территорию дамбой и жителей не переселять, из которых выбирали вариант экономически наиболее выгодный, то в отношении «берегообрушения» особо не переживали, и действовали по принципу «и так сойдет», «сколько-то простоит, а там видно будет». В итоге после окончательного заполнения чаши Краснодарского водохранилища в 1975 г. жители аула Вочепший оказались не на берегу небольшой речки Псекупс, а на берегу совершенно иного водного объекта, представляющего собой что-то среднее между водохранилищем и крупной рекой. Уровень воды поднялся на добрый десяток метров, затопив низменные территории поймы. Местным жителям, особенно, жившим вдоль берега, и мне тоже, пришлось привыкать к новым условиям, прежде всего, к новому положению береговой линии или уреза воды.

В те времена, в эпоху социалистического «демократического централизма», никто у народа особо его мнения и не спрашивал. Партия сказала: «Надо!» Это значило: так и будет. Жители тогда воспринимали все это как что-то неизбежное и с некоторым любопытством, пытаясь найти какие-то положительные стороны из сложившейся новой гидрологической ситуации.

Безусловно, Вочепший больше потерял, чем приобрел.

Во-первых, безвозвратно были потеряны все низменные территории в пойме реки Псекупс. До затопления, т.е. до начала 70-х прошлого века, эти территории представляли собой живописнейшие места. Они были местами притяжения всей аульской детворы, местом отдыха, купаний, рыбалки. Одно из них, в его ещё первозданном виде, до затопления водами Краснодарского водохранилища, прочно осело в моей памяти. Это место расположено как раз в районе оконечности улицы Гагарина, где находится наиболее интенсивно размываемый участок берега.

К сожалению, все меньше и меньше остаётся людей, как я, видевших и помнящих эти былые красоты, в том числе места у излучины реки Псекупс, которую тогда ещё называли Хатоху и унат. И даже сегодня, когда уровень воды падает, то обнажаются остатки былой красоты ныне затопленной поймы реки Псекупс.

Но сейчас некоторым местным жителям не до былых красот: они столкнулись с большой проблемой, и я боюсь, что им ещё предстоит предпринять немало усилий и проявить немало терпения, чтобы они могли рассчитывать на помощь государства. Это, собственно, во-вторых, и самое главное: незащищенный берег на ряде участков стал интенсивно размываться. Особенно тревожная ситуация сложилась на участке берега в районе той самой улицы Гагарина. К домовладению, расположенному по адресу Гагарина, 10, береговой обрыв вплотную подошел к хозпостройкам и жилому дому. Часть дома, обращённая в обрыву, претерпевает значительные деформации из-за просадок грунта основания. Это привело к появлению сквозных деформационных трещин в несущих конструкциях, вследствие чего дом стал  непригодным для использования в качестве жилья.  Непригодность для проживания жилого дома по адресу Теучежский район,  аул Вочепший, ул. Гагарина, д. 10 признана инспекцией государственного строительного надзора Республики Адыгея актом обследования технического состояния от 17.11.2017 г.

По моим прикидкам и по мнению местных жителей кромка берегового обрыва на данном участке за все время существования Краснодарского водохранилища, т.е. за 45 лет, сместилась в сторону суши метров на 35…40 м.

Причем сначала процесс шёл очень интенсивно, берег отступал ежегодно со скоростью примерно по 2-3 метра и более. Дело в том, что на данном участке река образует излучину, а правый берег еще до водохранилища являлся прижимным и представлял собой почти вертикальный откос высотой порядка 20 м. В паводки редкой повторяемости воды реки иногда достигали основания обрыва и раз за разом подмывали его. Однако процесс разрушения шел крайне медленно. Обрыв был весьма устойчив и простоял бы в таком виде ещё сотни лет.

Ситуация резко ухудшилась при большой воде, когда уровень воды резко повысился. Процесс размыва обрыва стал перманентным. Со временем темпы разрушения берега несколько замедлились, однако процесс не останавливается и идёт по сей день. Разрушение берега вызывается несколькими причинами:

1. Абразионное воздействие волн, особенно при северных, северо-западных и северо-восточных направлениях ветров на фоне высоких уровней воды.

2. Активизация оползневых процессов вследствие обводнения обрыва и размыва его основания.

3. Перепады уровней водохранилища, доходящие до 6-8 метров, негативно сказываются на устойчивости обрыва. При понижении уровня воды в водохранилище происходит резкое повышение гидростатического давления на обрыв за счёт градиента потока грунтовых вод, особенно в тех местах, где имеются родники. При этом происходит активная суффозия грунта основания и, как следствие, проседание грунтов надпойменной террасы. Как раз это явление, вероятнее всего, в основном и вызывает  деформации грунтов основания домовладения по адресу Гагарина, 10.

4. Попеременное увлажнение берегового откоса, а в зимний период попеременное замораживание и оттаивание, также вызывает разрушение структуры грунтов, превращая их в легкоразмываемые грунтовые массы.

Таким образом, на рассматриваемом участке берега наблюдается целая гамма опасных геологических процессов, вызванных «большой водой», что  привело в значительным деструктивным процессам в грунтах основания жилого дома по адресу Гагарина, 10. Это в свою очередь вызвало значительные деформации и появление деформационных трещин в конструкциях самого дома, сделавшим дом непригодным для проживания, что было официально подтверждено уполномоченным органом — инспекцией госстройнадзора Республики Адыгея.

Еще в 80-е годы, когда берег стал активно разрушаться, были инициированы самые первые комиссионные обследования берега и ближайших в обрыву строений . К сожалению, документы тех лет не сохранились.

В начале 90-х вновь была организована ещё одна рабочая комиссия с участием руководства Краснодарского водохранилища, проектного института «Кубаньгипроводхоз» (сейчас — ОАО «Кубаньводпроект») и местной власти. Документы сохранились и в них рассматривался вопрос о переселении домовладения, расположенного по указанному выше адресу. Однако, дело остановилось и не было завершено: помешали известные события — развал СССР и наступивший общественно-политический кризис, который, судя по всему, до сих пор продолжается.

Последняя попытка обратиться за помощью к государственным органам была предпринята совсем недавно, но снова помешали обстоятельства, теперь уже нынешний психоз, связанный с коронавирусом.

Разумеется, силами местной власти проблему не решить, да и нельзя решать. Потому, что водохранилище, как и все водные объекты, отнесены, согласно ст.8, п. 1 Водного кодекса РФ к федеральной собственности. Согласно ст 67.1, п. 7 Водного кодекса РФ собственник водного объекта обязан осуществлять меры по предотвращению негативного воздействия вод и ликвидации его последствий. Из изложенного выше следует, что защищать территории от негативного воздействия вод — это прямая обязанность собственника водного объекта — Федерального агенства водных ресурсов (Росводресурсы), представителем которого является его территориальный орган в Краснодарском крае и в Республике Адыгея — Кубанское бассейновое водное управление (КБВУ), либо непосредственно дирекция Краснодарского водохранилища.

В данном случае можно опираться на право граждан Российской Федерации на благоприятную окружающую среду, гарантированное  статьей 42  Конституцией Российской Федерации. Благоприятная окружающая среда  означает, что она является в первую очередь и безопасной. 

Попытаемся разобраться, почему же и Конституция гарантирует, и Росводресурсы обязаны, а берега разрушаются, создавая угрозу жизни населения, проживающего вблизи водных объектов, и никому нет дела до этого?  Все дело в том, что без проработанного механизма реализации  права в федеральном законодательстве, в подзаконных актах, в законах субъектов РФ они носят не более чем декларативный характер. Так, ни в Водном кодексе, ни в одном из других законов, ни в одном из нормативных документов нет ничего, касающегося механизма реализации государством своей обязанности по защите населения и территории конкретно от разрушения берегов.

Водный кодекс РФ ограничивает градостроительную деятельность в водоохранной зоне, в ее прибрежной защитной полосе. Это делается только с одной целью — защитить водный объект от загрязнения, засорения, заиления. Это — основная цель водного законодательства. Подробнейшим образом расписан механизм реализации данной цели.

Что касается защиты территории суши от негативного воздействия вод, в том числе затопления и подтопления, а также  разрушения берегов, то тут в действующем законодательстве правовой провал. В Водном кодексе этому посвящена лишь одна статья (ст. 67.1) да и то — половинчатая. 

Половинчатая потому, что, решая проблему защиты от негативного воздействия вод, государство в рамках действующего законодательства, а именно в рамках действующей статьи 67.1, пытается решать лишь одну из проблем — проблему затопления и подтопления, введя, соответственно, понятия зон затопления и подтопления, запрещая в них вести новое капстроительство без инженерной защиты территорий и т.д. Другими словами, по зонам затопления и подтопления механизм создается, и он скоро заработает. Плохо или  хорошо, но заработает. А о разрушении берегов или как обозвали в упомянутом выше  Постановлении Совета Министров СССР 1969 года, о «берегообрушении», снова забыли. Поэтому не проработаны вопросы прогнозирования разрушения незатапливаемых, т.е. высоких берегов, ведения их мониторинга в целях заблаговременного предупреждения опасных геологических процессов (размывы: абразия или эрозия, оползни,  обвалы, суффозия). Попросту  говоря, в настоящее время никто не следит в нашей стране за состоянием берегов водных объектов.  

Проблема разрушения берегов — это отдельная проблема.  Ведь берег может и не затапливаться, если он достаточно высокий, но при этом активно разрушаться, как это и происходит, например,  в Вочепшие. Разрушение берегов — явление гораздо более опасное, чем затопление или подтопление, т.к. этот процесс является необратимым.

В рамках действующего Водного кодекса РФ данную проблему не решить, т.к. у него иные цели. Об этом я писал в ряде предыдущих статей, в том числе и в научно-технической периодике. Вывод один: нужен новый закон — закон о берегах. https://bereg.blog/2020/07/04/negativnoe-vozdejstvie-vod-i-vodnogo-kodeksa-rf/.

А пока такового нет и неизвестно, когда он, наконец, появится, имеем то, то имеем. Берег разрушается, и теперь осталось обратить на это внимание собственника водного объекта и доказать, что нужно что-то предпринимать, потому что на кону стоит безопасность жителей и сохранность их имущества. И придется доказывать…Всё потому, что никому из государственных органов нет никакого дела до проблем местных жителей аула Вочепший, чьи дома вот-вот разрушатся по вине того же государства. А нет дела, потому что нет закона, который бы заставил госорганы следить за состоянием берегов, стабильность которых была нарушена действиями того же государства.

Если бы  построили в свое время берегозащитные сооружения,  они попали бы  под действие Федерального закона о безопасности гидротехнических сооружений (ГТС). Закон требует от эксплуатирующей организации декларировать их безопасность и наблюдать за их состоянием. К таким ГТС относится дамба обвалования на левом берегу реки вдоль аула Пчегатлукай. Она находится на балансе Краснодарского водохранилища, поэтому следит за ее состоянием и декларирует ее безопасность и несет за нее ответственность. Кто должен следить за состоянием вочепшийских берегов в целях обеспечения безопасности жителей аула Вочепший, и кто должен нести ответственность за отсутствие таковой, пока не ясно.

Я очень надеюсь, что данный вопрос станет предметом для обсуждения в Правительстве Республики Адыгея. Проблема стоит того, чтобы ею озаботились для начала хотя бы отраслевые министерства и подняли вопрос перед федеральными органами исполнительной власти.

Было бы полезно, если бы к решению пробелов действующего законодательства подключились бы  депутаты Государственной думы от Республики Адыгея. Логично от них ждать содействия и в решении конкретной проблемы, описанной в настоящей статье, поскольку она является результатом несовершенства федерального законодательства, за качество которого несут ответственность прежде всего законодатели.  Потенциальные же избиратели вправе у них спросить, что они сделали для решения тех проблем, которые описаны в настоящей статье доступно и достаточно  подробно.                           

Если же вопрос может быть решен по линии МЧС, то НПЦ «Берегозащита» готово разработать проект в виде технических решений аварийных мероприятий по стабилизации берега на участке ул. Гагарина, 10 безвозмездно.

Зам. генерального директора

НПЦ «Берегозащита», канд. техн. наук Э.Х. Кушу

4
Июл

Негативное воздействие вод и Водного кодекса РФ

Когда приходится читать и перечитывать Федеральные законы, которым уже стукнуло …дцать и более лет, то из-за обилия всевозможных поправок, внесенных за эти годы, голова идет кругом. Они приводятся в преамбуле закона и часто их перечисление занимает больше страницы. Когда количество поправок достигает некой «критической массы» срабатывает 2-й закон философии: переход количества в качество. Правда, не всегда это означает улучшение качества. Read more »

2
Июл

Особенности реконструкции объектов незавершенного строительства

Превалирование правовых аспектов в решении технических вопросов часто приводит к правовым коллизиям и сумятице в сфере строительства.

Нестабильность экономики в течение последних нескольких десятилетий привели к тому, что возросла доля объектов незавершенного строительства. И до последнего времени данные объекты не являлись предметом гражданско-правовых сделок. Но тут в дело включились правовики и решили это исправить, внесли необходимые поправки в законодательство, но как всегда, не до конца продуманно, в отрыве от технических вопросов. В итоге в ряде вопросов можно только догадываться, как поступать правильно, не нарушая закон. Объектом незавершенного строительства является объект капитального строительства, строительство которого не завершено в установленном порядке, при этом степень выполненных работ по созданию этого объекта позволяет его идентифицировать в качестве самостоятельного объекта недвижимого имущества (недвижимой вещи). В соответствии с положениями ст. 1 Градостроительного кодекса РФ объекты незавершенного строительства отнесены к объектам капитального строительства наряду полностью построенными зданиями, строениями, сооружениями. Read more »

23
Фев

Берегозащита: мероприятия или сооружения (капитальные или некапитальные). Некоторые проблемы и предложения


В недрах Водного кодекса РФ появились ростки нового Федерального закона: Федерального закона о защите от негативного воздействия вод (далее — НВВ). Зародышем нового закона является статья 67.1.
Статья 67.1 Водного кодекса РФ еще далека от совершенства. Она в последнее время расширилась и конкретизировалась. Это будет происходить и дальше, в том числе в виде принятия подзаконных актов, потому что пока продолжаются попытки решить вопросы НВВ в рамках Водного кодекса РФ, пока не принято решение о разработке и принятии нового закона о защите от НВВ.
Можно констатировать, что близко подошли, но ещё не нащупали золотую жилу. В целом идём в правильном направлении. Правда всё идёт медленно и со скрипом, очень дозированно и, пожалуй, стихийно и бессистемно.
Лично для меня является неоспоримым, что защита от НВВ достойна отдельного Федерального закона, а не статьи Водного кодекса РФ. А пока рассмотрим то, что имеем.
Итак. Разберёмся в формулировках статьи 67.1 Водного кодекса РФ и привяжем их с вариантами её реализации или исполнения.


Мероприятия и(или) сооружения

Ст. 67.1. часть 1:
«1. В целях предотвращения НВВ на определенные территории и объекты и ликвидации его последствий принимаются меры по предотвращению НВВ и ликвидации его последствий в соответствии с настоящим Кодексом, обеспечивается инженерная защита (далее — ИЗ) территорий и объектов от затопления, подтопления, разрушения берегов водных объектов, заболачивания и другого НВВ.»
Формулировка, конечно, странноватая, но какая есть.
Итак, для предотвращения НВВ и ликвидации его последствий имеется 2 направления:
— меры по предотвращению НВВ и ликвидации его последствий;
— ИЗ территорий и объектов. (Незначительная неувязка: ИЗ обеспечивается для предотвращения, но не ликвидации последствий, а из текста данной части статьи следует и то, и другое).
Что такое предотвращение НВВ: согласно части 2 это — комплекс мероприятий, включающий:
1) предпаводковое и послепаводковое обследование паводкоопасных территорий и водных объектов;
2) ледокольные, ледорезные и иные работы по ослаблению прочности льда и ликвидации ледовых заторов;
3*) противопаводковые мероприятия, в том числе мероприятия по увеличению пропускной способности русел рек, их дноуглублению и спрямлению, расчистке водных объектов;
4*) мероприятия по предотвращению разрушения берегов, в том числе мероприятия по уполаживанию берегов водных объектов, их биогенному закреплению, укреплению песчано-гравийной и каменной наброской, террасированию склонов.
* Новая редакция п.3 и новый п.4 вступает в силу с 2021 года (ФЗ от 27.12.2019 N 488-ФЗ).
ИЗ территорий и объектов согласно части 4 (нумерация в новой редакции) — это строительство берегоукрепительных сооружений, дамб и других сооружений, предназначенных для защиты территорий и объектов от затопления, подтопления, разрушения берегов водных объектов, заболачивания и другого негативного воздействия вод (сооружения инженерной защиты — СИЗ). ИЗ территорий и объектов осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности.
В соответствии с пунктом 1 частью 7 в границах зон затопления, подтопления, запрещаются: «размещение новых населенных пунктов и строительство объектов капитального строительства без обеспечения ИЗ таких населенных пунктов и объектов от затопления, подтопления». О противопаводковых мероприятиях в данном случае не упоминается, так как их недостаточно. Необходима ИЗ.

Согласно части 8 «собственник водного объекта обязан осуществлять меры по предотвращению НВВ и ликвидации его последствий. Меры по предотвращению НВВ и ликвидации его последствий в отношении водных объектов, находящихся в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации, собственности муниципальных образований, осуществляются исполнительными органами государственной власти или органами местного самоуправления в пределах их полномочий в соответствии со статьями 24 — 27 настоящего Кодекса.» То есть собственник обязан только осуществлять меры…, но не обеспечивать ИЗ территорий и объектов.

Теперь разберёмся, в чем принципиальная разница между мерами по предотвращению НВВ и ликвидации их последствий, с одной стороны, и ИЗ территорий и объектов, с другой. Принципиальная разница — в получаемом результате и его эффективности. В первом случае сооружения не возводится, а осуществляются мероприятия, не приводящие к возникновению объектов капитального строительства (далее — ОКС). Во втором случае возводятся СИЗ, являющиеся ОКС со всеми вытекающими последствиями: они становятся объектом недвижимости, на которые возникает право собственности

СИЗ территорий и объектов от НВВ, возводимые в соответствии с градостроительным законодательством, могут быть только капитальными.


О критериях капитальности сооружений инженерной защиты от негативного воздействия вод

Различия между капитальными и некапитальными сооружениями и строениями определена статьей 1 Градостроительного кодекса РФ.
ОКС — «это здание, строение, сооружение, объекты, строительство которых незавершено, за исключением некапитальных строений, сооружений и неотделимых улучшений земельного участка.
Некапитальные строения, сооружения — объекты, которые не имеют прочной связи с землёй и конструктивные характеристики которых позволяют их перемещать, демонтировать, в последующем собирать без несоразмерного ущерба их назначению и без изменения их основных характеристик».
Данные понятия, приведённые в Градостроительном кодексе, применительны к широкому спектру зданий, строений и сооружений, но только не к гидротехническим сооружениям (далее — ГТС). Они не учитывают специфику ГТС. Взять хотя бы, например, каменно-набросные сооружения, искусственные пляжи, искусственные земельные участки, грунтовые дамбы и др. Все они могут не иметь прочной связи с грунтом основания, будучи незаглублёнными. Это возможно при наличии достаточно прочных грунтов основания, при которых не требуется устройство каменной постели, как составной части сооружения. Для искусственных пляжей и для искусственных земельных участков это вообще не имеет значения.
Данные сооружения также могут быть перемещены без ущерба их назначению, так как представляют собой однородные по слагаемым их материалам и приобретающими соответствующую форму вертикального профиля под действием силы тяжести при обычной отсыпке, наброске или укладке. Они также могут быть перемещены, только не целиком, а по частям путем выполнения многократно повторяющихся однородных операций по перевалке материалов, слагающих эти сооружения. Несмотря на то, что они могут подвергаться значительным деформациям, например, искусственные пляжи приобретать профиль динамического равновесия под воздействием волн и течений, тем не менее, все данные сооружения относятся к капитальным.

Таким образом, наличие прочной связи с землёй не может являться критерием оценки степени капитальности ГТС.

Применительно к ГТС логичнее было бы принять иной признак, определяющий капитальность или некапитальность сооружения, а именно: соответствие или несоответствие действующим в целом градостроительным нормам и нормам проектирования капитальных сооружений.
Тем более, что в соответствии с «Методическими указаниями …», утвержденными Приказом Минприроды РФ от 31.08.2010 г. Nº 337 мероприятия по предотвращению НВВ должны осуществляться в соответствии с утвержденной в установленном порядке проектно-сметной документацией, которая по своему составу и содержанию должна соответствовать Положению о составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию, утвержденному постановлением Правительства РФ от 16.02.2008 г. Nº 87. Из этого следует, что в случае признания объекта финансирования не мероприятием, а сооружением, и если проектная документация имеет положительное заключение экспертизы, то данное сооружение следует признать капитальным, независимо от источника финансирования.
Что касается других общих действующих признаков капитальности сооружений применительно к ГТС, а именно наличие (а в случае отсутствия — необходимость в разработке) документации по планировке территории и необходимость отведения земельного участка под сооружением, если объект размещается вне земель водного фонда, то пусть над этой проблемой поработают законодатели и юристы, если, конечно, будут видеть в этом какой-то смысл.

О повышении надёжности некапитальных сооружений инженерной защиты от проявления негативного действия вод

Все мероприятия по ликвидации последствий ЧС можно подразделить на аварийно-спасательные и аварийно-восстановительные.

Аварийно-восстановительные мероприятия, выполняющиеся в рамках режима ЧС, применимы только для капитальных сооружений, подвергшихся повреждению или разрушению (частичному или полному) в результате ЧС. При этом восстанавливаемые сооружения должны в иметь собственника (балансодержателя). В данном случае может возникнуть проблема, если изменились требования норм проектирования, что не позволяет восстановить сооружение в тех же параметрах, а изменить параметры не позволяют условия финансирования.

Все сооружения, возводимые в режиме ликвидации последствий наводнений, как аварийно-спасательные, являются некапитальными, поскольку выполняются без полного объема изысканий и документация не подлежит экспертизе. Данные сооружения являются временными и должны функционировать до строительства капитальных защитных сооружений при условии, что все необходимые процедуры заказчика по обоснованию ОКС (подготовка исходной разрешительной документации, задания на проектирование, расчет первоначальной цены контракта и др.) начинаются сразу после или параллельно с разработкой технических решений по ликвидации последствий ЧС. Капитальные сооружения должны заменить построенные в режиме ЧС временные сооружения.

К сожалению, как правило, после ликвидации последствий наводнений и возведения временных защитных сооружений до проектирования и строительства капитальных сооружений дело не доходит. Все успокаиваются пока не приходит новый паводок и не случается очередное наводнение.

Чтобы построенные временные сооружения прослужили как можно дольше, чтобы сделать их более долговременными и максимально приблизить их по эффективности к капитальным, крайне важно предусмотреть меры по повышению их устойчивости к воздействию водного потока.

Для того, чтобы максимально эффективно противодействовать НВВ в данных условиях целесообразно, на мой взгляд, следующее:

1. Разработать и принять нормы проектирования простейших берегоукреплений и СИЗ для их возведения в в рамках режима ЧС. Выделить их в отдельную группу временных ГТС. Разработать правила строительства и эксплуатации данных сооружений.

2. На территориях муниципальных и поселковых образований заблаговременно создавать запасы крупногабаритного камня, фигурных бетонных блоков (тетраподов, гексабитов и т.д.), просто бетонных блоков. Ряд действующих нормативных документов, регламентирующих порядок действий органов местного самоуправления и государственных органов в целях предотвращения НВВ и ликвидации последствий ЧС, рекомендует заблаговременно создавать запас материальных и финансовых ресурсов. В рамках данных организационных мероприятий крайне важно
1) поделить службы МЧС ответственными за создание запасов необходимых строительных материальных средств в достаточном объеме,
2) определить места складирования, подъезды к ним машин и механизмов, причем целесообразно размещать склады в непосредственной близости от проблемных участков рек,
3) при соответствующем обосновании организовать такие склады с запасом на самых проблемных участках берега, чтобы сами склады выполняли защитную функцию.

3. После прохождении паводков в рамках ликвидации последствий при возведении защитных сооружений задействовать складские запасы.

4. Определить службы МЧС ответственными на качество строительства и эксплуатационные качества возведенных сооружений. Организовать регулярные наблюдения и поддержания исправного состояния построенных сооружений силами местных управлений МЧС для их постоянной готовности к последующим паводкам.

И если уж в обычных условиях, вне рамок ЧС, применение данных элементов без проектной документации невозможно, то они пойдут в дело во время наводнения для крепления берегов, крепления откосов дамб. Это повысит устойчивость сооружений, период их функцианирования и в некоторой степени заменит капитальные сооружения.


27
Янв

Донный грунт. Новые поправки в Водный кодекс РФ

 

P1020923
В декабре 2019 года приняты долгожданные поправки в Водный кодекс, касающиеся использования донного грунта. Наконец-то.

Опубликован Федеральный закон от 16 декабря 2019 г. № 431-ФЗ “О внесении изменений в Водный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации” (не вступил в силу, вступает в силу через 180 дней после опубликования)

Данные поправки в Водный кодекс РФ можно охарактеризовать как революционные.

В чем суть поправок:

1) В пункте 12.1 статьи 1 Водного кодекса РФ дано определение донного грунта.

2) Вводится   новая статья 52.3. Использование донного грунта. Пунктом 2 данной статьи органом местной власти  дается право по их решению (и по решению органов  власти субъектов РФ —  городов федерального значения) распоряжаться донным грунтом  «для обеспечения муниципальных нужд  или в интересах физических или юридических лиц», выполняющих работы, в результате которых появляется донный грунт. Однако при этом…

3) Пункт 3 статьи 52.3 установил, что порядок как использовать донный грунт определяется уполномоченным Правительством РФ федеральным органам исполнительной власти.

По пункту 12.1 статьи 1 Водного  кодекса РФ возник один вопрос: грунт, извлекаемый с дна водных объектов при выполнении водоохранных мероприятий, также является донным? Следовало бы об этом упомянуть в данной статье.

По  новой статье 52.3 возникает ряд вопросов:

1. Не лучше ли было сразу не допускать некоторого противоречия между пунктом 3 статьи 52.3 и пунктом 2 этой же статьи и поэтому некоторой в целом двусмысленности статьи?

2. Если субъект Российской Федерации не является городом федерального значения, он не имеет права распоряжаться донным грунтом?

3. Как быть, если интересы физических или юридических лиц, извлекающих донный грунт, не совпадает с целями  обеспечения муниципальных нужд?

4. Если гравийно-галечный русловой материал, являющийся пляжеобразующим, извлекаемый из русел рек при их расчистке должен направляться в обязательном порядке по логике вещей на пополнение морского пляжа, но он направляется, например, на строительство дороги для обеспечения муниципальных нужд, или используется в интересах физических или юридических лиц, выполняющих работы по извлечению донного грунта, а пляж при этом продолжает деградировать дальше, является ли это поводом для внесения  дальнейших поправок в Водный кодекс?

5. Или же по всем этим вопросам 1-2-3-4 следует ждать решения уполномоченного Правительством РФ федерального органа власти в соответствии с пунктом 3 статьи 52.3 Водного кодекса Российской Федерации?

6. Этот уполномоченный Правительством РФ федеральный орган исполнительной власти будет вновь созданный или его функции по подготовке порядка использования донного грунта будут поручены одному из существующих, например Росводресурсам?

7. Будет ли достаточно разработки уполномоченным Правительством РФ федеральным органом порядка использования пляжеобразующих донных грунтов, извлекаемых из русел рек при их противопаводковой расчистке, для отсыпки морского пляжа без прохождения проектной документацей по созданию пляжа 3х процедур государственных экспертиз?

8. Порядок использования донного будет определён уполномоченным органом. А кто будет определять порядок извлечения донного грунта  для разных видов донного грунта, определённых в пункте 12.1 статьи 1 Водного кодекса РФ, согласно новому определению понятия “донный грунт”? Судя по всему это будут различные ведомственные нормативные документы для проектирования мероприятий по извлечению донного грунта.

Последний 8й вопрос является ключевым и главным, поскольку от его решения будет зависеть то, чтобы под контролем было не только использование донного грунта, но и его извлечение.

В любом случае данные поправки следует приветствовать, поскольку хуже, чем было до их принятия, уже не будет.

14
Янв

Важные поправки в Водный кодекс

В  канун Нового 2020 года Федеральным Законом от 27 декабря 2019 года N488-ФЗ в Водный кодекс РФ внесены  важные, можно сказать  исторические, поправки, а именно:

 

20200114_0632117899670493765567024.jpg
1. Изменения в статью 26 позволят регионам  заниматься вопросами предотвращения негативного воздействия внутренних морских вод в рамках переданных им полномочий.
Теперь регионы будут самостоятельно защищать морские берега от разрушения, если эти берега будут берегами внутренних морских вод, а не территориального моря.  Однако следует отметить крайне важное обстоятельство: регионы получают право заниматься не всеми вопросами  предотвращения негативного воздействия вод, приведенных в статье 67.1 Водного кодекса РФ, а лишь теми, которые перечислены в части 2 данной статьи, т.е.  предпринимать меры по предотвращению негативного воздействия вод и ликвидации их последствий. Из всех приведенных мер применительно к внутренним морским водам можно отнести только новый пункт 4 части 2 статьи 67.1, а именно: уполаживание берегов, террасирование склонов,  биогенное закрепление берегов,  их укрепление песчано-гравийной и каменной наброской. Что касается рек, то тут без изменений. 

Иными словами регионам дают полномочия на выполнение мероприятий по предотвращению негативного воздействия вод, носящих некапитальный характер.  Полномочий по обеспечению инженерной защиты территорий и объектов, т.е. на строительство сооружений инженерной защиты от негативного воздействия вод, регионам не передают. Пока не передают. 

Нужно уточнять, как проходят исходные линии — внутренние границы территориального моря или внешние границы внутренних морских вод. Если раньше это было неважно, то сейчас — крайне важно! К примеру, по Республике Крым и Севастополю они известны вследствие изменений, внесённых в октябре 2019 года в приказ 355 ФСБ РФ (рис).img-20200113-wa000034261923.jpg
 Главное, чтобы субвенции и федерального бюджета были и их хватало на все мероприятия.
В любом случае хуже от внесения данной поправки в Водный кодекс не будет точно, так как федеральные отраслевые министерства (ни Минстрой, ни Минприроды) морскими берегами вообще не занимались и регионам не давали. Более того, Минстрой РФ развалил структуру федеральных предприятий берегозащиты.

 

2. Изменения в статью 67.1 выделили отдельным пунктом мероприятия по защите берегов от разрушения, добавив к ним в числе прочего террасирование склонов.

Таким образом, разрушение берегов, как один из отдельных видов негативного воздействия вод, отделён от противопаводковых мероприятий. Возможно, это начало процесса определения зон прогнозного разрушения берегов в дополнение к границам затопления и подтопления.

Закон вступает в силу с 1 января 2021 года.

Примечательно, что  законопроект был внесен членами Совета Федерации ФС РФ А.Н. Кондратенко, В.А. Бекетовым, И.В. Фоминым. Два первых сенатора представляют Краснодарский край, а третий — Мурманскую область. 

Смею предположить, что какую-то роль сыграли и мои личные контакты с Алексеем Николаевичем Кондратенко на стадии подготовки соответствующих обоснований.