fbpx
Skip to content

Posts from the ‘Между делом’ Category

5
Окт

Встреча в аэропорту, которой не должно было произойти

 

Иногда случайные события, происходящие в нашей жизни, казалось бы, на первый взгляд, неприятные оборачиваются приятными сюрпризами. Причем одновременно не только для меня.
Так, однажды, я, ещё будучи аспирантом, в Москве опоздал на свой самолёт, улетевший без меня в какой-то сибирский город. Мне нужно был выступать на конференции, не помню, кажется, в Тюмени.  Обидно было, что опоздал совсем на чуть-чуть… 

Я  купил билет на ближайший рейс, который был на следующий день… И тут я узрел в толпе такое же как у меня расстроенное, но до боли знакомое лицо. Лицо, увидев меня, расплылось в вымученной улыбке. Это был Алик Денисов или просто Денисыч, как мы его называли, будучи студентами. Мой бывший по одногруппник, друг и очень хороший человек. Оказалось, что он должен был из Москвы улететь домой, в Краснодар, завтра, но перепутал даты и приехал в аэропорт днём раньше, и понял это только в аэропорту при регистрации на рейс.  Он пытался поменять билет на более ранний рейс.

Таким образом, моя нерасторопность и не знаю что Алика, наверное, рассеянность, стали причиной этой неожиданной встречи.
В принципе вероятность этой встречи изначально была равна нулю.   Но благодаря нашим вышеназванным качествам стала реальностью.
Я ему предложил ничего не менять, поехать ко мне, и завтра улететь своим рейсом.

Каково было удивление моей супруги, когда я нарисовался на пороге и не один… Напомню, что сотовой связи в те времена, а это было в конце 80-х, ещё не было.
Вечером мы хорошо посидели… Утром поехали вместе в аэропорт и улетели: он своим рейсом в Краснодар, а я в Сибирь. Время от времени рассказываю об этой встрече нашим общим знакомым. Алик по этому поводу даже написал стихотворение. На днях я случайно, копошась с своих электронных архивах, наткнулся на него:

Перечитал стихотворение….и обнаружил нестыковочки. По моей версии это был конец 80-х, по его — 90-е. И по-моему я летел в Тюмень, а Алик излагает, что мы улетели вместе в Краснодар. Требуется уточнить. Хороший повод для встречи с Аликом…

4
Апр

Часть 4. Возвращение в берегозащиту

Создание службы заказчика

После сокращения 19 января 2001 года трети штатного состава ГУСНПП «Краснодарберегозащита»  финансовые проблемы сохранились.  Госстроя России и Минимуществом России подтвердили федеральный статус предприятия. Его нельзя было финансировать напрямую, как было раньше. Выделяемые краем средства на отрасль «берегозащита» необходимо было выносить на торги, организовывать конкурсы. Помимо того, готовить всю конкурсную документацию, контролировать исполнение контрактов. Для этих целей было создано ГУ «Главное управление строительства и берегоащиты Краснодарского края» (ГУБиСКК).

1 августа 2001 года я приступил к работе в ГУ в  должности начальника отдела берегозащиты. Примечательно, что у меня было удостоверение N 1. Теперь данное ГУ было заказчиком НИР, ПИР  и строительства, в том числе по отрасли «берегозащита».

Ввиду специфики отрасли «берегозащита»  логичнее было бы создать отдельное специализированное ГУ только по этому направлению. Однако объём краевого финансирования на цели берегозащиты был тогда весьма скромными. (Правда, и сейчас он не такой большой, какими ему следовало быть). Но до берегозащиты в департаменте строительства никому, кроме, конечно, ВВ, не было дела. Не говоря уже о других департаментах. Только благодаря зажигательной энергии и энтузиазму ВВ ГУБиСКК» было создано и начало работать.

Решено было в составе ГУ создать отдельную службу заказчика по берегозащите в виде отдела берегозащиты.

С тех пор все работы распределялись в рамках законодательства о закупочной деятельности. Как раз накануне, в мае 1999 года, начал действовать федеральный закон, Это — закон «О конкурсах на размещение заказов, на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд».
На тот период в целом закупочная деятельность только проходила этап становления и регламентации.

Смена руководства ГУСНПП

К этому времени Кириллова В.Г. сместили с поста генерального директора. Некоторое время и.о. был А.Н. Ким до подведения итогов конкурса руководителя.

На эту должность был по итогам конкурса назначен Колесников Геннадий Николаевич. Его кандидатуру выдвинула администрация Краснодарского края. Мы, ВВ и я, приложили руку к этому. Мы помогали ему готовить все необходимые документы, включая Программу  ГУСНПП «Краснодарберегозащита».

Это слайд-шоу требует JavaScript.

От назначения ставленника края какой-то эйфории не было. Впереди была большая работа. Неуклонно надвигалась ФЦП «Юг России». Кроме того , край через новое ГУ финансировал стройки, в том числе и ПИР и НИР по берегозащитной тематике.

Если смотреть со стороны, то могло показаться, что у ГУСНПП «Краснодарберегозащита» на данном этапе возникло 2 проблемы.

1) право выполнения работ необходимо было выигрывать, участвую в торгах, что у избалованного вниманием предприятия было чем-то необычным.

2) заказчиком выступал отдел берегозащиты вновь созданного ГУБиСКК в моем лице, полгода назад сокращённого из предприятия.

2-й проблемы как таковой-то и не было. Тем более, что ГУСНПП возглавил ставленник  краевой администрации.

Командировка в Питер. ТСН

Это слайд-шоу требует JavaScript.

За время работы в ГУ удалось побывать в Питере, посетить ведущие питерские институты:  ГГИ и  ВНИИГ им. Веденеева. Обсуждали возможные пути сотрудничества в области  противопаводкового регулирования русел рек Черноморского побережья Краснодарского края. Итогом переговоров была крайне важная тема НИР по разработке территориальных строительных норм (ТСН) по противопаводковому регулированию. Работа была начата, но позже остановлена из-за отсутствия финансирования. Очень жаль. Тема очень актуальная и особенно сейчас. Уверен, что, если бы тему удалось бы завершить до логического конца, т.е. разработать и утвердить ТСН, то  было бы иначе. Удалось бы избежать наводнений на территории Краснодарского края 2000-х годов. В любом случае последствия их были бы не столь катастрофическими.

Возвращение

Около полугодия спустя, в начале 2002 года, я со своим отделом, переместился в здание ГУСНПП «Краснодарберегозащита», т.е. я вернулся в родные стены, как мне и предсказывал П.И. Шалагин. Он к этому времени ушел на заслуженный отдых.

Когда заказчик и основной исполнитель территориально находятся рядом, очень удобно. При плотном контакте заказчика и исполнителя имеется возможность контроля выполнения работ, оперативного решения всех возникающих вопросов.

Было некоторое недовольство моего руководителя ГУ из-за моей чрезмерной, по его мнению, самостоятельности. Но эта проблема относительно быстро исчезла сама собой. Просто, в сентябре 2002 года я по предложению руководителя перевелся в ГУСНПП «Краснодарберегозащита» на должность зама генерального директора.  Никто не возражал. Я согласился.

Начиная с этого времени я  и работоспособный коллектив ГУСНПП оказались в одной команде, на одной стороне баррикады. Почему баррикады? Потому,  что все последующие почти пять лет стали для нас временем испытаний на жизнестойкость, временем борьбы коллектива за существование. А в последующем — за право работать самостоятельно, являясь вполне самодостаточным коллективом. Об этом в следующих частях настоящего повествования.

ГУБиСКК — Б = ГУСКК

Со временем из названия ГУБиСКК удалили слово «берегозащиты», и, соответственно, букву Б из аббревиатуры. Отдел берегозащиты был расформирован. Все работники отдела берегозащиты нашли себе другую работу. ГУ стало называться и до сих пор называется ГКУ «ГУСКК (Главное управление строительства Краснодарского края».

Кстати, Устав  ГУ готовил мой бывший коллега по аспирантуре НИИЖБ из главы 1 В.И.Н., который в то время стал работником отдела научно-технического развития департамента строительства, пришёлся ко двору. Это  благодаря своей обязательности.  образованности, обученности, знанию методологии НИР, школе НИИЖБ, рассудительности и покладистости. И где бы он и в какой должности бы ни работал, всегда был на хорошем счету у руководства. (А вот когда сам стал в недавнем времени большим руководителем, удержаться на данном посту более нескольких месяцев, к сожалению, не смог. Мне кажется, чтобы удерживаться на высоких государственных постах, необходимо относиться к особому психотипу. Не обязательно быть слишком умным, это даже мешает, но нужно иметь крепкие нервы).

22
Мар

Часть 3. Федерализация берегозащиты и её последствия

Я не могу гарантировать полной достоверности при описании событий настоящего повествования.  Это мой взгляд на эти события, моё видение.

Последствия отмены закона о береговой зоне

После отмены краевого закона о морской береговой зоне  департамент строительства края лишился своих полномочий по управлению морской береговой зоной, поскольку береговая зона лишилась своего правового признания. Соответственно, мой отдел (отдел по управлению береговой зоной) и курирующий его заместитель руководителя ГУСНПП «Краснодарберегозащита» поначалу остались не у дел. Нечем стало управлять.

По совету ВВ я предложил руководству ГУСНПП переориентировать отдел на эксплуатацию морских берегозащитных сооружений, которые были запроектированы и построены предприятием. Точнее тогда, когда оно ещё было объединением.
Мы исписали килограммы бумаги в виде писем, программ, смет, обоснований,  всевозможных справок и заключений. Цель всей этой писанины была одна — добиться от Госстроя России выделения финансовых средств на содержание построенных сооружений. Руководство предприятия восприняло со скепсисом. Ну-ну, типа. Флаг вам в руки, наивные оптимисты.

Как рождалась идея о новом департаменте

Параллельно Добровольский В. Н. увлёкся новой идеей. Он писал на Губернатора письма о необходимости создания в составе  администрации Краснодарского края нового департамента, который занимался  бы комплексным освоением Азово-Черноморского побережья Краснодарского края: проектировать и строить волногасящие морские пляжи, превращать их в рекреационные и развивать курортную сферу. Надо отдать ему должное — письма он писал классно. К этому у него был талант. Письма, написанные им, отличались красивым слогом. стилистически наиболее оптимальным построением. Их было приятно читать. Казалось, положи на музыку и получится песня.

Видимо, такое письмо-песня запала в душу руководству Краснодарского края и был действительно создан Департамент комплексного развития Азово-Черноморского побережья Краснодарского края. Проводником этой идеи в краевой администрации изначально был ВВ. Я думаю,  что эта связка Бирюков В. В. — Добровольский В. Н. сыграла решающую роль в появлении в головах наших краевых руководителей мысли о целесообразности создания нового департамента. Правда ни тот, ни другой в него не попали. Ни, тем более, я, хотя к этому я и не стремился. Да и сфера деятельности его оказалась не та, что нами задумывалась.

Мы планировали, что новый департамент будет решать задачи инженерно-строительные, вопросы инженерного обеспечения морского побережья Краснодарского края, а именно инженерной защиты берегов, искусственного пляжеобразования, инженерными сетями, включая ливневые канализации,  противопаводковой защитой населённых пунктов и т. п. На деле же новый департамент ведал какими-то организационно-популистскими мероприятиями. Изучал зарубежный опыт, участвовал  в выставках и проводил рекламные акции, популяризировал курорты Краснодарского края. Только, как можно популяризировать морские курорты и конкурировать с зарубежными, если нет нормальных пляжей, нет яхтенных портов, хотя бы причалов.

Прекращение содержания аппарата управления

А между тем тучи над моим отделом сгущались всё больше.

Параллельно наблюдалось несколько тенденций. Кириллов В. Г., видя, что закон отменили, курирующий департамент лишился властных полномочий,  начал проявлять телодвижения в сторону федерального подчинения. К тому же, он подозревал краевые власти в стремлении его сместить с должности. Противоречия между ГУСНПП и краевой администрацией нарастали. Кириллов В. Г. стал активно искать себе преемника. Чтобы край не смог повлиять на этот процесс преемственности, он официально объявил ГУСНПП «Краснодарберегозащита»  федеральным предприятием, заручившись поддержкой Госстроя России.

Накануне этого поворотного события в истории «Краснодарберегозащиты» ВВ вызвал меня к себе на важный разговор. Я очень хорошо помню его. Перед ВВ лежала какая-то бумага, которую он не решался  подписать,  не поговорив со мной. Он сказал, что при признании краем  федерального статуса ГУСНПП будут негативные последствия для  отдела и для предприятия в целом, т. к. продолжать направлять средства края на содержание федерального предприятия означает нарушать бюджетное законодательство.  Он сказал, что сможет, конечно, потянуть, посопротивляться, но недолго, так как дело дохлое. К тому же, это может быть чревато для самого ВВ. Он как бы советовался со мной…ВВ спросил меня, готов ли я к тому, что меня с моим отделом будут выживать из предприятия? Я сказал, что ко всему готов, что ему надо делать то, что он считает нужным и правильным.

Таким образом, когда Госстрой  России подтвердил федеральный статус ГУСНПП, край закрыл финансирование содержания аппарата управления ГУСНПП.

Нужный, но лишний отдел

Как говорят, «халява кончились». С лишением финансовой поддержки со стороны края в виде содержания аппарата управления, финансово-экономическое положение предприятия резко ухудшилось. И с этого момента началась травля моего отела.

Что  бы и как бы мы ни делали, всё, по мнению генерального директора, было не так. Задаёт вопрос:  что делаете? Говорю — это. Он — надо не это, а то. Спорю. Бесполезно. Делаю то. Он: что делаете?  Я — то. Он — нет, вы  делаете это, а не то. Я — я делаю то, а не это. Он —  нет, это было вчера то, а сегодня то —  это уже это и вы делаете это, а не то, что я сказал. Выговор. Утрировано, в целом суть придирок была таковой. Добровольский В. Н., как мне казалось, сильно переживал, но переносил все это стоически.

Мне же это всё казалось каким-то фарсом, игрой. Я понимал надуманность претензий руководства ГУСНПП, поэтому особо не переживал. Тем более, я ощущал мощную психологическую поддержку ВВ. Он очень переживал за нас. Чувствовал свою ответственность за нас.

Когда человек таит в себе переживания, замалчивает и копит обиды, и никто не догадывается, как ему трудно, это очень тяжело. Когда за него кто-то болеет, понимает, как ему нелегко, тяготы переносятся значительно проще, легче. Поэтому, наверное, люди зачастую делятся своими горестями в надежде, что их поймут и поддержат. Поэтому  когда человеку трудно, важно, чтобы он чувствовал, что за него переживают и делают это искренне. Очень важно иметь надёжный тыл и психологическую поддержку. Особенно в трудную минуту.  

Мы, разумеется, не хотели быть у предприятия нахлебниками. Да и руководство не допустили бы этого. Я предложил перевести отдел на полный хозяйственный расчет, содержать его за счёт эксплуатации искусственных пляжей. Только пляж в бухте Инал протяженностью 2,5 км чего стоил. Это была непростая задача. Вся проблема была в фактической муниципализации  этих искусственных пляжей, теперь являвшихся объектами федеральной собственности. И кроме того, нужно было соблюдать требования Водного кодекса (и снова Водный кодекс), согласно которому, бичевник (береговая полоса шириной 20 м) является зоной общедоступной.

Глобальное сокращение

Пока мы разрабатывали стратегию и тактику деятельности в этом направлении, генеральный директор издал приказ о глобальном сокращении кадров. Под сокращение попало треть численного состава, включая двух замов, весь мой отдел и ряд неугодных работников. Как говорил Кириллов В. Г., «нужно избавляться от балласта».

Нас предупредили о сокращении. Мы решили просто так не сдаваться. Поскольку вопрос сокращения каждого решался индивидуально, комиссионно с участием профсоюзного комитета,  то у нас теплилась слабая надежда, что членов комиссии удастся переубедить железной логикой и обаянием. Но наши логика и, тем более, обаяние не сработали против уже принятого закулисного решения о нашем безусловном сокращении. Среди членов комиссии были и те, кто сейчас работает в НПЦ «Берегозащита». Что было, то было. Это было противостояние команд.

Прощание

В последний день пребывания в ГУСНПП, я почему-то решил обойти всех на предприятии и попрощаться. Во мне вообще не было ни капли озлобленности и недовольства. Скорее наоборот, было некоторое облегчение, что все эти неприятности на работе подошли к концу, и я преспокойно могу продолжить ремонт нашей квартиры.

Прощаясь, я и не думал о том, что когда-либо мне придётся ещё встретиться, и не только встретиться, но и бороться уже совместно с коллективом ГУСНПП, против череды пришлых, шустрых, наглых и чуждых нам  руководителей, которых нам спускали сверху. Но это было позже. Об этом я ещё напишу.

Помнится, как я  прощался с замом по экономике Шалагиным Петром Ионовичем и замом по науке и проектированию Танитовским Владимиром Николаевичем. Так случилось, что они оказались при этом вместе в кабинете у Шалагина П. И.  Пётр Ионович пожимая мне руку, мудро предрёк, что я ещё вернусь к ним и в ином качестве. Танитовский  В. Н. тоже согласился с этим. Почему-то эти слова мне запомнились. Наверное потому, что они были прозорливыми. А тогда….. я их только лишь запомнил, не более…

20
Мар

Рыбный суп

Аспирантское общежитие было квартирного типа рядом со станцией метро Щёлковская.
Нас было пятеро, только что поступивших в аспирантуру молодых парней, заселившихся в трехкомнатную квартиру. Мы были из разных регионов страны, тогда ещё Советского Союза, и являлись представителями разных национальностей: Бек и Был — казахи, Толик — бурят, Саша — русский и я — адыг.

Где бы я ни был, когда меня спрашивают, кто я по национальности, я называю несколько вариантов названий: адыгеец, адыг,  черкес.  Чаще реагируют на черкеса. Короче, кавказец. Так всем понятнее.
Некавказцы зачастую не различают кавказские народности.

Бек и Был оказались расторопнее остальных и заняли самую большую комнату. Саша тоже быстро сориентировался и обосновался один в самой маленькой, но одноместной  комнате. Мне с Толиком уже выбирать не пришлось: нам досталась средняя двухместная комната.

Ребята-казахи очень рационально подошли организация своего быта. Они вдвоем ввели понедельное дежурство. Дежурный должен был полностью освободить другого от всех бытовых забот, а именно: обеспечивать чистоту в их комнате, обеспечить продуктами питания, готовить еду, подавать на стол, давать добавку, мыть посуду после еды. Таким образом, дежурный был и уборщиком, и поваром, и официантом и кухонным работником. В его обязанность входило включение и выключение телевизора, открывание и закрывание форточки. Короче, всё, кроме того, что одевались и раздевались сами. В итоге дежурный казах кружил вокруг другого, беспрекословно ему подчинялся и всячески его ублажал. Так проходила неделя и они меняясь местами.

Когда моя сестра, приехав впервые ко мне в гости и увидела это, то спросила, почему так происходит, почему большой казах нещадно эксплуатирует другого, маленького? (Был был ростом на голову ниже Бека). Я сказал, что у них так принято: феодализм в Азии ещё не изжит. Сказал, что Бек — бек, а Был — небек. И вообще, кто больше, тот и главный. Потом она приезжала ещё пару раз и было то же самое. Но как-то она приехала в очередной раз в период дежурства Бека, когда всё было наоборот. Я было вновь попытался пошутить, что, мол, случилась революция… Однако, всё открылось, но её рассказы дома о сохранившихся феодальных устоях в наших среднеазиатских республиках ещё долго блуждали в виде слухов по адыгейском аулам и вызывали всеобщее изумление. Но это было потом.

А в самом начале, глядя на то, как соорганизовались наши соседи-казахи, Толик предложил нам позаимствовать их опыт. Он спросил у меня, умею ли я готовить. Я   согласился, развеял его сомнения и убедил его, чтобы начинал он.  За эту неделю планировал научиться основам кулинарии. Толик оказался тёртым товарищем, на недельное дежурство не согласился, заподозрив неладное. Для начала предложил дежурить по дням — день он, день я. Ситуация усложнилась для меня,  но назад дороги уже не было. День его дежурства прошёл для меня замечательно. Толик как серьезный и ответственный человек показал себя с блестящей стороны. Он хорошо отдежурил свой день. Было чисто, вкусно, легко. Одна лишь мысль портила всё: мысль, чем завтра я его буду кормить.

Вечером пошел в магазин. Выбор был невелик.  Был самый конец 1985 года. Это была эпоха развитого социализма, а как потом оказалось эпоха застоя.  Не за горами была перестройка и гласность. Полки продовольственных магазинов были полупустыми. Или было мало товаров, или полок непомерно много.

Я купил пакетный быстрозавариваемый суп рыбный. Он привлёк моё внимание аппетитной картинкой тарелки супа, посыпанного сверху какой-то  зеленью. Купил два пакета супа, хлеба и пошёл готовить обед, заодно и ужин.

Никакой зелени в пакете не оказалось. Это был порошок болотного цвета и  запаха. Варево получилось очень непривлекательного, но однородного цвета и консистенции. Но помню рыбой попахивало. Казахи были, как обычно, дома и пришли на запах. Узнать, чем это воняет. И сказали, что это мешает им думать.

Казахи были аспирантами-теоретиками. они постоянно над чем-то думали. Это не то, что мы, аспиранты-экспериментаторы.  Мы свои  теоретические выкладки проверяли  экспериментами.

Толик вернулся к обеду с голодными и счастливыми глазами в предвкушении вкусного обеда. Мои рыбные запахи уже были перекрыты вкусными запахами казахского обеда. Садились Был и Толик обедать вместе. Бек крутился вокруг стола подавая разнообразные блюда для Была и себя.  Толик, помню, посматривал в тарелки казахов. Мне особо крутиться было не с чего. Мой суп да хлеб. Я, понимал, что на фоне казахского разнообразного меню, мой неприличного цвета рыбный суп не выигрывает. Поэтому я не торопился, оттягивал момент, предчувствуя свое фиаско, догадываюсь, что недодежурю. Так и случилось.

Когда О.Бендер продемонстрировал свою картину сеятеля облигациями, реакция была такая же. Толик отказался есть мой суп. Он был категоричен и отказался от моих услуг. А я вздохнул с облегчением.  Не знаю, насколько на моего несостоявшегося компаньона повлиял  мой  рыбный суп, но через некоторое время он съехал от нас, снял отдельную квартиру. Ведь известно, что наша жизнь во многом зависит от мелочей и из них и складывается. А ведь, если бы он принял предложение дежурить по неделям, как у наших соседей, то кто знает, может быть я научился бы прилично готовить и разнообразить блюда. В планах было даже приготовление какого-либо блюда из бурятской национальной кухни, если таковая есть. Может эти навыки сохранились бы по сей день, и я не был бы таким кулинарнозависимым человеком, как сейчас. Короче, во всем виноват Толик.

Не так давно с удивлением узнал, что он тогда на защиту своей диссертации он так и не вышел. И  только недавно, по прошествии около 30 лет, он её защитил. Он оказался очень настырным.
Интересно, помнит ли он мой рыбный суп?

Я часто вспоминаю то время, моих коллег аспирантов, Как делились своими проблемами, как помогали и поддерживали друг друга. Сейчас нас разделяют не только огромные расстояния, но и государственные границы. Но они, конечно, преодолимы при желании увидеться и вспомнить наше аспирантское братство.

15
Мар

Особенности национального проектирования

 

Проектный бизнес в России один из самых сложных и уязвимых. Причём с каждым годом это усугубляется всё больше и больше. Основные проблемы, возникающие при проектировании в хронологической последовательности на примере нашего предприятия — ООО НПЦ “Берегозащита».

1. СРО. Платы за право проектировать

Идея СРО неплохая, но ее реализация в наших условиях напоминает реальный узаконенный грабеж. Речь не о регистрации, разовых и регулярных выплатах, хотя они и не малые. Речь о потерянных компенсационных взносах при ликвидации СРО. Они не возвращаются, т.е. практически теряются безвозвратно.

НПЦ «Берегозащита» только на этом потерял порядка 2 млн рублей. В качестве компенсации получил 50 тысяч рублей.
Приходится снова вступать в другой СРО и снова делать компенсационные взносы с нуля. Хотя в предыдущем СРО было право проектирования особо опасных объектов и право заключения контрактов на сумму до 300 млн. руб. Все это теряется при ликвидациии СРО.

Почему закон не защищает при этом ни в чем неповинных проектировщиков и не оставляет за ним те права , которые у него были, которые подтверждены квалификацией работников и за которые сделал соответствующие взносы?

2. «Выбор» без права выбора

Когда бюджетные объекты выносятся на торги, в составе конкурсной документации размещаются сама форма контракта со всеми его условиями, задание на проектирование, сметы и др. документация. При этом выбирать не приходится. Если выиграешь, то торг по этим документам будет уже неуместен. Таково законодательство о госзакупках.
При этом, как правило, заказчики стремятся максимально насытить задание на проектирование теми работами, которые относятся к функциям заказчика согласно Градостроительного кодекса РФ (далее — ГК). Это — и подготовка исходно-разрешительной документации, и сбор технических условий, и оплата стоимости государственных экспертиз, и подготовка документации по подрядным торгам, и получение разрешения на строительство.

Возникает вопрос: почему ФАС пропускает такую документацию? Почему позволяет дважды оплачивать одну и ту же работу: в виде зарплат работников служб заказчиков и в составе ПИР? Хотя это не ПИР.

Находятся очень ушлые заказчики, которые стоимость этих работ удерживают и не доплачивают на последнем этапе. Это делается под предлогом того, что они, относящиеся к компетенции заказчика, не включаются в состав сводного сметного расчета как проектные работы. Так, нас и обманул МКУ «Сакиинвестпроект» и недоплатил за выполненные работы по ППТ и ПМ, а также за математическое моделирование (в общей сумме 12 млн руб).

2. Нереальные сроки

В контрактах обычно не учитывается последовательность выполнения работ по подготовке проектно-сметной документации. Сроки принимаются такими как будто исходно-разрешительная документация уже готова и утверждена. В реальности всё далеко не так.

Самые опасные контракты для исполнителя те, в которых ему поручена подготовка всей исходной разрешительной документации, при этом установлены жёсткие санкции за нарушение срока сдачи результатов работы, т.е. ПСД, получившей положительное заключение экспертизы. Сроки при этом крайне сжатые и предполагают прохождение экспертиз с первого захода. Причем применение штрафных санкций — на усмотрение заказчика: может применить, а может и нет. И после приёмки в полном объеме результатов работы может выставить исполнителю претензию на круглую сумму. Она может превысить договорную цену.

Так, тот же МКУ “Сакиинвестпроект» предъявил в отношении НПЦ “Берегозащита“ претензию на сумму более 52 млн. рублей, а всего оплатив за выполненные работы 45 млн. И это при полностью выполненной и сданной работе заказчику. Вопрос: почему закон не защищает исполнителей от подобных недобросовестных заназчиков заказчиков? И почему бы не ввести понятие недобросовестный заказчик?

3. Многоуровенность госэкспертиз

Самыми сложными для прохождения экспертиз являются морские гидротехнические, в том числе берегозащитные сооружения.
Разработать сам проект не представляет большой сложности. Если есть знания, опыт, умение проектировать, конструировать можно, сам проект относительно быстро разработать. А вот прохождения экспертиз связаны с определёнными трудностями.

При проектировании морских ГТС необходимо пройти последовательно 3 государственных экспертизы — это рыбохозяйственная Росрыболовства, государственная экологическая Росприроднадзора и государственная экспертиза ФАУ “Главгосэкспертиза России».
Каждая из этих экспертиз по своему особенная и у каждой из них свои организационные недостатки, о которых уже писал, а именно:

А. Рыбохозяйственная экспертиза

Проводит Росрыболовство. Экспертиза касается раздела проекта “Рыбоводно-биологическое обоснование». Он готовится одним из 14 НИИ того же Росрыболовства, но направляется на экспертизу от проектной организации в составе проекта. По сути проектная организация становится заложником ошибок НИИ Росрыболовства.

Почему бы не вынести эту экспертизу на стадию выдачи разрешения на строительство? РБО при этом будет достовернее. И не будет задержки выполнения проектных работ и экспертизы проектной документации.

Б. Государственная экологическая экспертиза (ГЭЭ)

Во-первых, экологическое законодательство требует прохождения ГЭЭ всех объектов, размещаемых в территориальном море и внутренних морских водах. Короче, всех по одну гребёнку: и простой волногасящий пляж, и порт, терминал и нефтяную платформу. Логично было бы исключить из этого перечня гидротехнические, хотя бы берегозащитные сооружения.

Во-вторых, в настоящее время отсутствуют технические регламенты в целях охраны окружающей среды в соответствии с Федеральным законом «О техническом регулировании» от 27.12. 2002 г. N 184-ФЗ.
Федеральный закон от 30.12.2009 г. N 384-ФЗ «Технический регламент зданий и сооружений» в статье 14 рамочно установил общие требования безопасного уровня воздействия зданий и сооружений на окружающую среду. Именно : чтобы «не возникло угрозы оказания негативного воздействия на окружающую среду». Следовательно, экспертиза может вольно трактовать экологические требования, и как бы проектировщик не ответил на замечания ГЭЭ, ответ может не удовлетворить эксперта. Как минимум посчитать его неполным.

В-третьих, снимать замечания в рабочем порядке ГГЭ не предполагает.
В данных условиях велика вероятность не пройти ГЭЭ с первого захода и это становиться в порядке вещей.

В. Государственная экспертиза ФАУ «Главгосэкспертиза» (ГГЭ)

Я в предыдущих статьях уже писал о дублировании функций двух государственных экспертиз. Ситуация, которая до сих пор существует вызывает крайнее недоумение. Как два ведомства не могут разобраться между собой, кто главнее и кто что должен экспертировать? И почему их требования противоречат друг другу?

На одном из семинаров, который проводил Крымский филиал ФАУ «Главгосэкспертиза» было заявлено о том, что во 2-м полугодии 2019 г. планируют разделение полномочий Росприроднадзора и ФАУ «Главгосэкспертиза» при проведении экспертиз. Это можно только приветствовать.

4. Судебные дрязги

Последние 3 года НПЦ «Берегозащита» являлось генпроектировщиком по объектам ФЦП «Социально-экономическое развитие Республики Крым и Севастополя до 2020 года».
Всего подготовлено проектно-сметной документации по 7 объектам ФЦП: 5 объектов в Севастополе, 1 в г. Ялте, 1 в г. Саки. Все объекты выполнены, сданы заказчикам в полном объёме с положительными заключениями всех необходимых экспертиз.

И в то же время по всем объектам НПЦ «Берегозащита» заказчики либо недоплатили, либо не компенсировали понесенные нами дополнительные затраты. Судебные тяжбы тянутся почти год. Предметами судебных споров является сроки выполнения работ по контрактам, часть неоплаченных работ, сверхлимитные оплаты по функциям заказчика со стороны НПЦ.

Как видно из изложенного, работа проектировщика весьма сложна и многогранна.
Есть над чем работать Правительству РФ!

10
Мар

Часть 2. СНПО…. ГУСНПП «Краснодарберегозащита». Мои первые впечатления

Когда я в мае 1999 года пришёл на работу в ГУСНПП «Краснодарберегозащита», это уже было не то объединение, которое создавалось изначально. За 10 лет до моего прихода, т. е. в 1989 году, создавали специализированное НПО или СНПО. А в наши обвальные, разрушительные 90-е это СНПО не стало исключением, развалилось. Причина: в середине 90-х прекратилось финансирование госпрограммы по инженерной защите побережья края.

Пока было финансирование все структурные подразделения были при деле. Как только средства у государства иссякли, СНПО распался на десяток  отдельных предприятий, перешедших на вольные хлеба. К тому же, в принятом в то время Гражданском кодексе исчезла такая организационно —  правовая форма, как объединение.

Объединения, тресты, управления, комбинаты, фабрики и заводы канули в лету. Все госкомпании получили статус государственных унитарных предприятий.

Полное название стало — государственное унитарное специализированное научно-производственное предприятие (ГУСНПП).

Особенности законодательства 90-х

90-е годы. СССР распался. Экономика России стала резко деградировать в условиях прервавшихся экономических связей. Крупные объединения, тресты, проектные и НИИ, ранее имевшие в своём составе структурные подразделения, стали разваливаться. Эти структурные единицы пытались выживать по отдельности. Всё разделялось, дробилось и мельчало.

 Я не ставил целью в этом цикле статей приходить к каким-то глобальным выводам. Не стану вдаваться в подробный анализ той непростой эпохи развала всего, что ещё было способно работать. Но есть одно очень серьёзное предположение и не могу обойти его вниманием. Это правовая база,  основа которой была заложена именно в эти 90-е годы. Все последующие редакции основных законов, как правило, были вариациями изначально положенных в основу в 90-х годах.

Даже беглый анализ законов, принятых в 90 годы, говорит о том, что они были направлены на стимулирование разъединения. Дезинтеграционные и деструктивные процессы были по сути узаконены.

Надо полагать, что цель этого губительного для развития государства «законотворчества» был одна. Превратить Россию в сырьевой придаток других стран. Этот заказ послушно и, надеюсь, неосознанно исполняли  чины самого высокого ранга. Это была эпоха  горе — реформаторов, авторов «шоковой терапии».

Современные отголоски правовых перекосов 90-х

Некоторые особенности национальной экологии

Можно констатировать, что основа нашего водного и в целом экологического законодательства была заложена как раз в 90-е годы. Оно было и остаётся, мягко говоря, недостаточно продуманным. Поэтому, этот блок законов был  серьёзным препятствием реализации различных инвестпроектов, особенно подлежащих экологической экспертизе (далее — ЭЭ).   И до сих пор, в современных условиях, он блокирует или, по крайней мере, тормозит реализацию важных госпрограмм.

Причина: особенности водного  и экологического законодательства.

О Водном кодексе РФ , о его парадоксах и противоречиях я уже много писал в предыдущих своих статьях. Главная особенность Водного кодекса РФ состоит в приоритете охраны водных объектов перед их использованием (ст. 3, п.2) и , главное, перед защитой от негативного воздействия вод.

Главная особенность экологического законодательства состоит в отсутствии технического регулирования в сфере охраны окружающей среды.  Отсутствуют технические регламенты в сфере охраны окружающей среды. Между тем, статья 6 Федерального закона  «О техническом регулировании» от 27.12.2002 г. 184 — ФЗ относит охрану окружающей среды к одной задач разработки технических регламентов, но их пока нет. Отсюда возникает возможность вольного трактования экологических требований. Получаем монополизм экспертизы плюс субъективизм эксперта. И в итоге можно заблокировать реализацию любого объекта, решения, технологии, начинания, идеи, Причём, какими бы прогрессивными, созидательными и эффективными они ни были. Инструмент для этого один — государственная экологическая экспертиза.

О противоречиях и дублировании функций госэкспертиз (экологической и строительной) также излагал свою позицию.  Экологические ортодоксы имеет  прочные позиции на федеральном уровне. Поэтому поборникам независимости ЭЭ удается отстаивать монопольное право на её проведение. Пока не удается включить институт ЭЭ в единую структуру государственной строительной экспертизы проектов.  Ни низкостатусный Госстрой России постельцинской эпохи в составе Минрегиона России не смог в свое время, ни сейчас Минстрой России с его ФАУ «Главгосэкспертиза России» не может.

Экологические требования, безусловно, должны быть. Однако, они не должны быть вольно трактуемыми, а также должны быть выполнимыми. Убежден, что экологические требования к объектам должны быть различны в зависимости от опасности объекта. Нельзя примерять одни и те же требования на строительство, к примеру, морского  пляжа и морского нефтяного терминала.

Олимпийские преодоления

Если бы не специальное олимпийское законодательство, принятое при подготовке к Олимпиаде «Сочи — 2014, «…Много «если бы». Например, не личное участие в подготовке Президента РФ… Не поистине героические усилия Д.Н. Козака и руководства Краснодарского края… И не пробивная сила руководителя Олимпийского штаба Д. Х. Хатуова… Нам бы до сих пор бы не удалось бы построить олимпийские объекты.

Тогда организаторы прочувствовали все сложности преодоления экологических препонов из-за вольно трактуемых экологических требований. Однако, должные выводы, к сожалению, не были сделаны. Экологический «беспредел» как был тогда, так есть и сейчас. Он является серьёзным препятствием реализации морских ГТС, в том числе берегозащитных. Это отголосок 90-х годов…

Но кое-что из позитивного сохранено. Это сокращение срока  проведения рыбохозяйственной экспертизы Росрыболовства по объектам ГТС с 3 месяцев до одного. Это все. Правительство страны ушло от необходимости решения этих препятствий развития экономики. Мол, Олимпиаду провели? Провели! Остальное теперь как-то сами  преодолевайте.

Структура СНПО и ГУСНПП «Краснодарберегозащита» 

Без сомнения, создание в 1989 году такого мощного СНПО «Краснодарберегозащита» можно поставить в заслугу его первого  руководителя Вячеслава Георгиевича Кириллова (далее — ВГК). Оно было создано по образцу и подобию объединения «Грузберегозащита». Причём Госстрой проникся идеей защиты морских берегов. Поэтому подобные объединения были созданы в Калининградской области и в Дагестане.

ВГК, являясь опытным аппаратным работником, понимая, что «кадры решают всё», собрал эти кадры и дело пошло. Большой вклад в становление и развитие организации внесли входившие в его руководство нынешние работники НПЦ «Берегозащита» Танитовский Владимир Николаевич и Фёдорова Светлана Ивановна, а также Шалагин Пётр Ионович.
В состав объединения входили:
— Аппарат управления в Краснодаре  (общее управление),

— служба единого заказчика,

— Сектор НИПИР в Краснодаре (выполнял НИР и ПИР).
— 6 строительно — монтажных управлений (в  Краснодаре, Ейске, Приморско — Ахтарске, Анапе, Геленджике, в Туапсинском районе) (строили сооружения).
—  4 региональных станций (РКЭС) в Темрюке, Анапе, Геленджике и Туапсе. Они вели режимные наблюдения за сооружениями, а также наиболее кризисными участками побережья).
— 2 лаборатории: Ейская и Новороссийская.

Как работало СНПО и что с ним стало

В течение 1989 — 1996 гг. было построено более 26 км морских берегозащитных сооружений в Ейске, Приморско — Ахтарске, Анапе, Геленджике и Туапсинском районе. Строительство вели силами подрядных подразделений  СНПО. Проекты разрабатывал сектор научных и проектных работ. Он же выполнял НИР и организовывал систему мониторинга с привлечением РКЭСов. Эксплуатации как таковой не было и средств на содержание построенных сооружений не выделяли. В стране в то время была полная неразбериха в вопросах госимущества. Сооружения до середины 90-х годов числились на забалансовом учёте предприятия.

Подрядные подразделения, не имея заказов, постепенно приходили в упадок. Позже, в начале 2000-х годов они все были ликвидированы. РКЭСы тоже закрывались. Из них дольше всех продержалась Туапсинская и Темрюкская РКЭСы. Туапсинская РКЭС стала называться «Туапсе берегозащита», формально существует по сей день, но фактически бездействует.

Самым живучим и дееспособным из всех подразделений СНПО оказался сектор НИПИР. О всех его перипетиях буду излагать в последующих главах данного цикла статей.

До принятия закона о госзакупках

Сектор НИПИР, самое крупная структура СНПО, работал довольно успешно. Сектор стабильно финансировали из краевого бюджета.  Ежегодно сводили перечни работ сектора. Это были НИР, в том числе мониторинг построенных сооружений и локальных участков побережья. Край финансировал и проектные работы, как правило, проекты капремонта  ранее построенных морских  ГТС. Кроме того, проекты защиты наиболее кризисных участков морского побережья и берегов рек.

По сегодняшним меркам является  странным тот факт, что объёмы финансирования для ГУСНПП намечались адресно отдельной строкой в краевом бюджете. Ни конкурсов, ни торгов, ни конкуренции. Более того, за счёт краевого бюджета полностью содержали аппарат управления. Таким образом, по нынешним меркам статус предприятия можно было приравнять к краевому госучреждению.

Ко времени моего прихода на предприятие завершалось строительство здания по адресу ул. Короленко, 2/1 в 8 этажей. Когда здание закладывалось, считали, что оно будет полностью для ГУСНПП. Однако время и резкое сокращение финансирования  стройки со стороны центра внесли коррективы в планы.  В итоге предприятию достались 2 этажа. Остальные 6 остались в собственности края.

Закон Краснодарского края от 18.11. 1998 г. N 156 — КЗ «О береговой зоне Черного и Азовского морей на территории Краснодарского края»

Одной из тем НИР была разработка проекта краевого закона о морской береговой зоне Краснодарского края. Только благодаря настойчивости ВВ Закон Краснодарского края от 18.11.1998г. № 156-КЗ был принят. Он принят в выхолощенном варианте, однако,  самое главное сохранилось. Закон признавал наличие береговой зоны моря, как зоны активного  взаимодействия суши и моря (помимо ВОЗ —  водоохранной зоны).

Согласно закону органом по управлению  береговой зоной  стал департамент строительства и архитектуры  края. Это резко подняло статус департамента. А чтобы не увеличивать его штатный состава, в ГУСНПП и был создан отдел. По существу это был отдел департамента формально в составе предприятия. Это был оперативный штаб по  реализации положений краевого закона. Потом — по его защите.

Работа в этом отделе стала точкой отсчёта моей новой карьеры. Начальником отдела был  В.Н. Добровольский. Чуть позже он стал замом гендиректора, я — начальником данного отдела.

Когда краевой закон о береговой зоне начал работать

ВВ планомерно и очень действенно добивался наведения порядка на морском побережье края.  Не всем это нравилось.
Он, являясь по натуре своей борцом, зажигал нас своей энергией и оптимизмом. Никогда не боялся проблем, и трудности его не пугали. Всегда доходил до сути нерешаемых вопросов и решал их. А если они не решались, руки никогда не опускал и продолжал бороться.

В течение действия закона было принято 2 краевых постановления. О сносе объектов незаконного строительства в бухте Инал и о незаконной добыче ракуши на  побережье Азовского моря. Работали и над проектом  3-го постановления: о сносе незаконно построенных лодочных кооперативов. Под их видом в Сочи прямо на урезе воды были возведены гостиничные комплексы. Вот тут то и начались нападки на принятый  закон.

Бытовало мнение, что в тех самых лодочных кооперативах могли засветиться большие начальники, в том числе из силовых структур. На стадии согласования проекта  постановления что-то пошло не так. Губернатор его так и не подписал.

Кроме того, одной из основных задач нового закона было создание берегового фонда.  Вводить новый налог было нельзя (это прерогатива центра). Поэтому в планах были отчисления от налогов и сборов в береговой фонд. Это — водный и земельный налоги, а также курортный сбор. Но никто не хотел делиться. Ни земельщики, ни водники, ни курортники. Мы пытались убедить их согласовать направление части средств в береговой фонд. Однако это было тщетно. Нам отвечали, мол, мы сами будем решать, направлять из средств от наших налогов в ваш береговой фонд или нет.

Причины отмены краевого закона о береговой зоне

Прокуратура заявила протест на краевой закон. Суть протеста был в том, что закон о береговой зоне, якобы, противоречил  Водному кодексу РФ.

Мы долго встречались с авторами  протеста и убеждали их.  Объясняли  разницу в целях Водного кодекса и нашего закона. Цель Водного кодекса — защита водного объекта от загрязнения, засорения, заиления. А цель закона о береговой зоне, наоборот, защита  от негативного (ранее называли — вредного) воздействия вод. Иными словами, ВОЗ моря и береговая зона могли совпадать. И ограничения в данных зонах тоже могли совпадать. Но цели этих зон разные. Наша логика была понятна, но не была принята.

Попытки «отщипнуть» от налогов на цели защиты берегов тоже стали ещё одной причиной гонений на краевой закон. Они закончились, в конечном итоге, его отменой. Закон был отменён краевым же законом в марте 2000 года.

При этом решением ЗСК от 22 марта 2000 года N 455-П  была создана рабочая группа по разработке проекта ФЗ. Он имел название «Об особом статусе береговой зоны Черного и Азовского морей».  Проект закона был разработан, но дело не пошло. И снова  из-за Водного кодекса.

Позже была ещё одна, очередная попытка «протолкнуть» ФЗ о морской береговой зоне РФ через Госстрой РФ. Однако и у него было мало сил , чтобы «подвинуть»  Водный кодекс и ставший на его защиту  Минприроды РФ. Проект того закона получил ряд замечаний Минюста РФ. Поэтому идея закона была оставлена в покое до лучших времен на неимением каких-либо реальных перспектив его принятия.

Лучшие времена так и не наступили и всё никак не наступят. И ВВ давно на пенсии, и моя не за горами, а наше дело движется крайне медленно. Никак ответственные государевы люди не могут уяснить, что нужен закон о берегах. Даже Береговой кодекс. Проект Берегового кодекса готовили. Он есть, но «водники» тогда взяли верх над береговиками. Наверное, в отместку последним в первую редакцию Водного кодекса было включено понятие единого водного объекта. Туда входили и берега, чтобы до конца добить идею о Береговом кодексе.

В рамках или тисках Водного кодекса

Помню, как ВВ вдохновлял нас не опускать руки. Как он, вместе с тем, переживал отмену своего детища — краевого закона о береговой зоне. Как он, мягко выражаясь, поносил разработчиков Водного кодекса РФ,с которыми был лично знаком. Именно Водный кодекс РФ занял правовое поле, на которое претендовал и до сих пор претендует закон о береговой зоне. Именно Водный кодекс преградил нормальное правовое решение вопросов защиты  от негативного воздействия вод.

Правительство РФ в течение последних нескольких лет пытается в рамках Водного кодекса РФ решить вопросы защиты от негативного воздействия вод. Введено понятие зон затопления и подтопления. А о другом, более опасном проявлении негативного воздействия вод — размыве берегов — почему-то забыли. (Данной проблеме я посвятил одну из недавних статей).

Повторюсь: это — отголоски правовых перекосов 90-х.  Законы писали далеко не патриоты нашего государства. Это из тех 90-х годов тянутся последствия изначально неверно принятых  правовых приоритетов.  Новая редакция Водного кодекса 2006 года ничего принципиально не поменяла.

Если бы эти законы были написаны такими людьми, как ВВ, знающими, мыслящими по-государственному, а не узко ведомственно, то было бы многое иначе. Было бы значительно меньше наводнений. Было бы значительно больше чистых широких морских пляжей. Все ГТС на водных объектах содержались бы только за счёт федерального бюджета. Не было бы дублирования функций госэкспертиз. При проектировании морских ГТС экологической экспертизы не было бы вообще.  Берега страны не разрушались бы, так как были бы надёжно защищены.

Данная статья посвящена моему наставнику Бирюкову В. В. и написана 10 марта 2019 года, в день его рождения. Желаю ВВ крепкого здоровья и долгих лет жизни в радости и благополучии!

6
Мар

Часть 1. Мой путь к берегозащите. Всё решил случай и ВВ

Наша жизнь представляет собой цепочку случайностей. Случай определяет то или иное развитие событий в жизни и, в то же время эти события тоже многовариантны и также носят случайный характер. Поэтому каждый из нас вольно или невольно в той или иной степени оказывает влияние на каждого, с кем контактирует, общается. И наоборот. То есть это взаимовлияние. 

Ещё в школе по предмету «Обществоведение» мне запомнился урок, на котором наш учитель объяснял нам роль личности в истории. Совсем нет оснований каждому претендовать на какую-то роль в истории страны, но для каждого индивидуума всегда найдется какая-либо общность, в истории которой им оставлен заметный след.

Так, в судьбе каждого человека найдётся хотя бы один или несколько знакомых, которые сыграли в ней определяющую роль. И в моей судьбе есть человек, определивший род моей деятельности в течение последних 2-х десятков лет. Это близкий мне по духу и по жизненным принципам человек Виктор Васильевич Бирюков (далее буду его называть просто ВВ, как это делает его дочь Вероника).
Именно ВВ настойчиво добивался и добился моего возвращения из Москвы в Краснодар по завершении учёбы в аспирантуре после защиты кандидатской диссертации.

На фото мы в Калининграде. Я рядом с В.В.Бирюковым. Он крайний слева.

Надо сказать, что у меня в Москве тогда, после аспирантуры, открывались хорошие карьерные перспективы и в НИИЖБ, и в других местах. Так, К. М. Королев, мой научный руководитель, планировал уйти на пенсию, а меня поставить на свое место. Он всячески препятствовал моему возвращению в Краснодар. Много отговаривал меня от этого. Предлагал какие-то варианты действий, чтобы отделаться от этих «назойливых краснодарцев». Готовил письма от НИИЖБа о том, что я очень им нужен для выполнения очень важных государственных задач.

ВВ тогда в НПО «Стройиндустрия» был назначен новым заведующим лабораторией, и мы с ним тогда не были знакомы. Но на планерках он требовал моего возвращения. Объяснял срывы своих графиков выполнения тем,  что руководство института не может меня вернуть из Москвы. Поэтому наш институт забросал НИИЖБ письмами с требованиями меня отпустить для решения не менее важных и не менее государственных задач. В итоге НИИЖБу пришлось меня отпустить, и я вернулся в Краснодар на работу в свой институт.

Моё желание вернуться было подкреплено обещанием предоставить нам квартиру. Фундамент дома, в котором нас ставили на очередь на получение квартиры, уже начали строить. Позже стройка остановилась и была заброшена. Развал страны помешал нашей семье воспользоваться наибольшим благом социализма: получением бесплатной квартиры от производства.

Я был принят на должность старшего научного сотрудника. Шёл июль 1989 года. В ноябре должна была родиться наша старшая дочь Анна. Супруга оставалась до её рождения в Москве.
НПО «Стройиндустрия» — это уже был не тот институт. Он начал вступать в кризисный период. И в нем уже начались дезинтеграционные процессы. Некоторое время мы с ВВ поработали вместе. Запомнилась наша командировка в Ташкент, где мы планировали внедрить нашу новую ударно-импульсную технологию формования бетонных конструкций. Интересное направление, на которое поставили ответственным меня.

К моменту моего возвращения в Краснодар уже была готова экспериментальная установка. Автором её был бывший военный ракетчик Альберт Литвинов, с которым мы впоследствии сдружились. Это была своеобразная конверсионная установка. Но на ней боялись работать даже те, кто её сконструировал. Поэтому выполнение темы НИР застопорилось. Все от неё отбрыкивались и она стала головной болью ВВ.

Установка состояла из 6 электро-магнитных катушек и когда к ним пускали ток высокого напряжения, то все, что стояло на них из чёрного металла взлетало от удара в результате электро-магнитного импульса. Причём это было так громко, что поначалу люди сбегались посмотреть, что это взорвалось. ВВ предложил мне попробовать её применить для чего-нибудь, например, для формования бетонных конструкций. Мне было интересно и я, конечно, согласился. Нужно было просто подобрать оптимальное соотношение величины тока и массы формы с изделием, чтобы он она испытывала удар, достаточный для уплотнения бетонной смеси, но не взлетала. Еще подобрать оптимальную консистенции бетонной смеси. И я с этой задачей справился легко и быстро. Отчёт о НИР получился убедительным и прошёл на ура. ВВ так вдохновился, что призывал везде её повнедрять. И тогда ею заинтересовались наши узбекские партнёры и мы с ВВ оказались в Ташкенте.

В итоге ВВ проникся ко мне доверием и, уходя в отпуск, оставил меня вместо себя как и. о. Это был мой первый опыт руководства коллективом работников. Все мои бывшие начальники оказались в моем подчинении. Всё прошло гладко, однако роль руководителя показалась мне делом весьма суетным, хлопотным и малопродуктивным. Я массу полезного времени терял из-за бесчисленных планерок и тому подобных совещаний. Я тогда подумал: не моё это.

Чуть позже в начале 90-х ВВ перешёл на работу в администрацию Краснодарского края на должность заместителя руководителя департамента строительства Краснодарского края. Уходя, сказал, что скоро заберёт и меня. Наши пути на некоторое время разошлись. Я проработал в НПО до 1995. Он разваливался у меня на глазах. Отчасти этому посвящена моя статья «Мой последний островок науки 90-х».

Приблизительно в это время ВВ нашёл меня через кого-то и предложил работу в краевой администрации. Я, взвесив все за и против, отклонил предложение, т. к. в то время у меня был неплохо налаженный небольшой, но приносящий стабильный доход, бизнес. Я в нем был с 1993 по 1998 год. Ровно 5 лет. 5 очень интересных лет. Это совсем другой мир, в который жизнь нас заставила окунуться. Если бы предложение от ВВ поступило бы раньше, до моего погружения в этот сугубо коммерческий и на первый взгляд малоинтеллектуальный род занятий, то… все было бы иначе.

К этому бизнесу я пришёл не сразу. До него было руководство двумя небольшими компаниями. Первая была создана как филиал московской организации при АН СССР. Вторая — частная компания в форме ТОО. Просуществовали каждая по несколько лет. Каждая из них сыграла свою роль и канула в лету по причине инфляции и в целом экономической нестабильности. Этому, во многом забавному и поучительному опыту руководства этими компаниями, я тоже уделю отдельное внимание.

Это было самым сложным временем для меня, для нас, для моей семьи. Это было начало 90-х. В 1992 году у нас родилась младшая дочь Катя. Я во многом благодарен своей супруге за понимание, терпение, которые она проявляла и тогда, в период лихолетья, и в последующие непростые периоды. Я всегда ощущал её поддержку, ощущаю и сейчас. Для меня всегда было важно ощущать такую поддержку.

Однажды в 1999 г. случайно на улице повстречал знакомого по НПО и аспирантуре. Он предложил мне поучаствовать во внедрении новой технологической линии по производству пенобетонных стеновых блоков, а именно: нужно было приобрести пеногенератор, а средств не было. Просил оказать посильную помощь. Сказал, что ВВ всячески поддерживает их начинание и что скоро откроется финансирование за счёт средств краевого бюджета.

К этому времени я достиг ряда поставленных перед собой целей материального характера и как раз бизнес стал пробуксовывать. Я постоянно думал о том, чтобы вернуться к тому, чему так долго учился. Поэтому был свободен в выборе видов деятельности. Ну, а пока выбирал, занимался не спеша и с большим удовольствием ремонтом купленной квартиры.

Решил встретиться с ВВ и посоветоваться с ним: вкладываться мне или нет. При встрече ВВ немного пожурил меня за то, что пропал надолго из его виду. Не дав договорить о предмете моего визита, ВВ заявил, что это ерунда. Гораздо интереснее и важнее Берегозащита.
С этого момента началось моё знакомство с этой интереснейшей отраслью строительства.

Уже на следующий день я с рабочей комиссией поехал в бухту Инал «сносить незаконные постройки». Комиссию возглавлял ВВ  В данной комиссии был В. Н. Добровольский, начальник отдела по управлению береговой зоной государственного предприятия (ГУСНПП) «Краснодарберегозащита». Это был один из моих начальников из «моего последнего островка науки 90-х». Он был назначен на эту должность буквально за несколько дней до меня. А собственно меня ВВ, будучи куратором ГУСНПП, решил включить в этот отдел на должность ведущего инженера.

Продолжение следует.

2
Мар

Мой последний островок науки 90-х

Сельская строительная наука. Была и такая

Мы втроём, я и два начальника, ВНД и ВКШ, в средине 90-х пытались возродить сельскую строительную науку в НПО «Стройиндустрия» (ранее — институт «Южгипронисельстрой» ). Соответственно, поправить свое материальное положение.

Сейчас, по прошествии почти четверти века, очевидно, что это была агония науки, или того, что мы понимали по этим словом.

После развала СССР крупнейшее объединение, ранее находившиеся в ведомственном подчинении Минсельстроя СССР, тоже развалилось. Если оперировать современными понятиями, то у него был статус, соответствующий нынешнему ФГУП. Он находился в ведении общегосударственного союзного министерства.

В начале 90-х прекратилось целевое финансирование, иссякли заказы, отделился экспериментальный завод в станице Новотиторовская и пошло-поехало. От кадрового состава всего научного комплекса, ранее состоявшего из 4-х лабораторий со штатом более 100 работников, осталось три человека. Как в известной песне: нас оставалось только трое…А всего в Институте до его разорения работало более 800 работников: учёных, проектировщиков, конструкторов.

После череды реорганизаций, сокращений, перепрофилирований, приватизации и прочих бед и невзгод 90-х мы втроем разрабатывали технологию изготовления стеновых блоков из пенополистиролбетона для коттеджного строительства. Разрабатывали — громко сказано. Скорее, заявляли о том, что разработаем, если получим такой заказ, соответственно, финансирование, под которое наберём работников. Таковы были планы. Вся остальная тематика НИР была бесперспективна.

 

 

Научная организация труда

Пока не был найден источник финансирования распределение обязанностей в нашем триумвирате было такое. Я выступал в роли научной лаборатории. Поставил цель и задачи, разработал план работ, спланировал эксперименты, приступил к их реализации. Поэтому я закупил исходные материалы, заказал изготовление формы типового стенового блока, подобрал составы, делал замесы, формовал блоки, разопалубливал их, испытывает образцы, вёл всю научную аналитику. Помощников у меня не было. Были только два упомянутых начальника. Зарплату я не получал. Наоборот,  все покупал за свой счёт.

ВНД пытался найти этот источник финансирования в виде заказчика, инвестора или спонсора. Один из изготовленных стеновых блоков красовался в его кабинете, а он всем, кто заходил к нему, его демонстрировал. Он так глубоко вжился в эту роль, что когда я как-то зашёл в его кабинет, он и мне стал демонстрировать и рассказывать, как будто я впервые видел свой блок.  Может он рассматривал во мне потенциального спонсора, только более масштабного, чем я был на самом деле.

Чем занимался наш 3-й компаньон не знаю до сих пор. Помнится, он ходил туда-сюда и был в постоянных раздумьях. Может думал, о том как бы что-нибудь где-нибудь умыкнуть или побыстрее удрать в Израиль. А может хотел мне чем-то помочь, но не знал чем. И поэтому ходил такой озабоченный.

Мой небольшой бизнес, не связанный с основной работой, шёл в гору и деньги у меня водились и мои шефы, видимо, об этом догадывалась и на счёт моих трат и особенно моей зарплаты особо не парились.

Так что до поры до времени с моей работой все было стабильно: заказчики не появлялись,  поэтому  заработной платы в НПО тоже не было. ВНД много говорил о замечательных перспективах нашей технологии. ВКШ говорил мало и непонятно, потому что думал не о том, что говорил и говорил не о том, о чем думал. Я самоотверженно делал замесы, формовал очередные блоки. Готовые стеновые блоки периодически куда-то исчезали. Мне говорили, что на рекламные цели. Может, кто-то строил рекламный коттеджик у себя на даче. А может, проводили маркетинг или попросту торговали ими. Не спрашивал и не проверял, ибо был увлечён экспериментами и их итогами. Результаты были очень неплохими.

Мой «губительный» выбор

Так продолжалось несколько месяцев. Потом меня стали увещевать, что пора двигаться дальше, развиваться, делать унификацию блоков, соответственно, делать новые формы под них и формовать угловые, подоконные и другие блоки. (Может, стройка пробуксовывала) . И тогда попрут заказчики. Нужно только потерпеть.

Я понимал, что меня эксплуатируют. Что меня, исполнителя работ, беззастенчиво превращают в спонсора за неимением сторонних. Что моих скромных доходов не хватит на реализацию все возрастающих дерзновений моих начальников. В итоге мне пришлось принять решение выйти из этой игры в одни ворота. Попросил свободный график посещения, иначе страдал мой личный бизнес. Моим начальникам показалось это улыниванием от работы. Они стали возражать и допустили грубый промах… Они сказали: выбирай: или твой никчёмный мелочный  бизнес или наши грандиозные планы. Я, не мешкая, выбрал первое. Мне сказали, что мой выбор конъюктурен и губителен для науки. С этим и расстались.

Примерно через год в одном из номеров научно-технического журнала «Строительные материалы» я увидел до боли знакомые мои графики, фото форм и изделий в статье, авторами которой были два моих бывших начальника.

Удивительно, но через несколько лет мы снова работали с одним из них вместе. И снова некоторое время он был моим начальником. Но мы с ним были в одной команде и поэтому с ним ладили, не вспоминая прошлое. Но это была совсем другая история…

24
Фев

20 лет в Берегозащите. Время подводить итоги.

У каждого человека, прошедшего определенный жизненный путь или этап, наступает время, когда ему хочется осмыслить прожитое и пережитое. Оценить это самому. Подвести итоги перед принятием какого-либо важного решения.

Конечно, речь не идёт о подведении жизненных итогов в целом. С этим пока рановато. Речь пойдет о значительном этапе жизни, который можно назвать одним словом — берегозащита.

Итоги необходимы! Чтобы учесть в дальнейшем. Чтобы перейти к завершающему этапу данной работы, который будет  называться «Напутствие». Это, наверное, сродни чувству, которое испытывают родители, когда женят или выдают замуж своих детей. Особенно, когда они говорят, что благословляют детей  на новую самостоятельную жизнь,  отпускают их, но всегда будут рядом и всегда будут помогать.
Эти итоги необходимы и для самого себя.

Примерное содержание этого, во многом автобиографического, цикла статей приведено ниже. Каждая статья — это отдельная часть или глава этого предмемуарного произведения. Почему предмемуарного? Потому, что мемуары пишут после завершения карьеры. Я лишь готовлюсь её завершать. Это уже в недалёком будущем. Хочу, чтобы это произошло осмысленно, логично, оправдано и безболезненно. А главное, чтобы это оказалось наиболее правильным решением, принятым своевременно, с учётом всех обстоятельств его принятия.

Берегозащита. Взгляд изнутри (1999-2019)

1. Всё решил случай (1999)

Как я оказался ГУСНПП «Краснодарберегозащита». В. В. Бирюков. Начало пути. Краткая история и структура ГУСНПП. Коллектив. Краевой закон о береговой зоне и борьба за его сохранение.

2. Ошибка выбора и последствия федерализации. (2000-2001)

Значимость ГУСНПП. Выбор федерального курса. Обстоятельства выбора. Отношения с краем. Глобальное сокращение.

3. ГУСиБ КК — Б = ГУС КК (2001-2002)

Создание ГУ » Главное управление строительства и берегозащиты Краснодарского края» — предшественника ГУС КК. Как и когда потеряли Берегозащиту. 1я смена руководства ГУСНПП.

4. Возвращение в ГУСНПП (2002)

Моё возвращение в ГУСНПП. Снова коллектив. Болезни роста и нестабильности. ФЦП «Юг России». 2я волна продвижения берегового закона. 2я смена руководителя ГУСНПП.

5. 5 лет нестабильности (2002-2007)

Череда смен руководства. ФГУП “ГУБПР“. Коллектив: борьба за выживание. Попытка цивилизованный смены руководства. Общее собрание коллектива. Госстроевские страхи. Госимущество и Росимущество РФ . Путь к банкротству. Болезни госуправления. Мой уход из ГУСНПП (ФГУП «ГУБПР»). Массовый исход.

6. НПЦ «Берегозащита». Становление. (2007-2019)

Этапы становления и развития. Коллектив и кадры. Призывы вернуться и начать все сначала. Преподавание в КубГТУ. Предолимпийский период. Сочи — 2014. Постолимпийский период. Республика Крым и Севастополь. Край. Проблемы развития. Экспертизы. «Неприоритетные» задачи и пути решения.  Малый проектный бизнес: борьба за выживание. Вынужденная публицистика.

7.  Итоги и напутствия.

 

24
Янв

Шахматная курица

Мои шахматные иллюзии

Я думал, что умею играть в шахматы. Это было до того,  как я сыграл с Колей. До него я много играл шахматы. Вообще в отношении шахмат моя жизнь делится на два периода: до Коли и после..

 

До Коли

Не помню, когда я научился (как я думал) играть в шахматы. Это было в раннем детстве. У моего друга  и одноклассника А.К. были шахматные часы  и, разумеется,  шахматы.  Ещё будучи школьниками, а потом уже студентами, мы с ним часто играли  блиц-партии по 5 или 10 минут. И мы думали, а я уж точно думал, что мы непревзойдённые мастера шахматной игры….Тем более, что дабы удивлять моего друга домашними заготовками, я изучал по книгам стратегию и тактику шахматной игры.

Коля

Каждый человек в своей жизни хоть раз чему-то удивлялся и кем-то  восхищался. Иногда чувство восхищения приходит тогда, когда думаешь, что делаешь что-то лучше всех или почти, по крайней мере, очень хорошо, а потом встречаешь человека, который делает это значительно лучше. Так было и со мной,.
Коля — особенный и удивительный человек. В своих небольших рассказах из своей жизни в рубрике «Между делом» я не мог обойти его своим вниманием.

В жизни, пока мы общаемся,  мы всегда сознательно, а чаще неосознанно, оказываем влияние друг на друга, чему-то учимся, обогащаем друг друга. У Коли было чему поучиться. Он один из первых дал понять, что мы можем быть жертвами собственных иллюзий или заблуждений!
Он постарше меня, а у нас у кавказцев, особенно в молодости, это имеет большое значение! Старший по возрасту — это значит априори уже авторитет для младших.
Я был обычным студентом, а Коля был уже после службы в армии и старостой нашей группы. А главное — старше меня по возрасту. Тонко чувствующий человек, остроум и философ… Насчёт философии… мы все немного философы, а остроумия у него было не отнять!   Кстати, вот эта способность все тонко ощущать и отсутствие способности переваривания потоков тупости и хамства, того, что нас иногда окружает с избытком, Колю подводило. Коля слишком тонкий человек, чтобы принять этот, порой жестокий и несправедливый мир.

Блиц-крах моих иллюзий

Как-то раз в студенческом общежитии, куда мы частенько захаживали, я оказался в компании с Колей. И нам подвернулись шахматы и шахматные часы. Ну сейчас, думаю, блесну мастерством, продемонстрирую ещё одну грань моих  непризнанных талантов. Сели с Колей играть по 5 минут… И…я как-то легко проиграл одну партию. Вторую. Третью. И каждый раз, после очередного проигрыша,  думал, ну сейчас напрягусь. Ну, вот сейчас… Это было тщетно. Коля легко меня обыгрывал, не напрягаясь. Он отвлекался, рассказывал анекдоты, куда-то уходил на минуту-две-три, причём часы свои не останавливал. Приходил, когда у него оставалась минута времени…и выигрывал у меня. Затем он предложил мне играть 5 к 1. И все партии он у меня выиграл. Легко и непринужденно.

Я понял, что столкнулся с чем-то, что выше моего понимания. Вначале это было чувство унижения, затем, когда он выиграл у всех присутствующих — восхищения. Он играл легко, как бы не думая, на автомате. Его фигуры на доске очень хорошо взаимодействовали.  Он мог играть «вслепую» одновременно  две-три партии, т.е. не  глядя на доски, и легко выигрывал. Оказалось, что он к.м.с. по шахматам и как раз специализируется на блицах. Играл блиц-партии на уровне мастера спорта. Он в моем представлении играл блестяще. Но он всегда мне говорил, что он играет средненько. Он играл с шахматистами, которые ему ставили 5 мин, а сами — 1 или 2. И выигрывали.

Я всегда думал, что умение играть в шахматы должно коррелировать с математическими способностями. Коля доказал обратное. В математике он был ноль. Сначала я думал, что он придуряется. Но нет. До сих пор не понимаю!  Как можно было не понимать элементарные вещи в математике и так играть в шахматы? Коля и тут меня удивил. Видимо, всё ушло в шахматы и места для элементарной математики не осталось. Математика слишком статична и поэтому скучна для того, чтобы Коля мог её понять!

Шахматный переполох на кафедре

Однажды, заглянув на нашу выпускающую кафедру, кафедру строительных конструкций, я застал играющих в блиц-шахматы преподавателей. Уровень был мой, то есть никакой. По сравнению с уровнем Коли.  А у него всегда были проблемы именно с данной кафедрой при сдаче экзаменов и курсовых. Я его быстро нашел, все объяснил. Затем снова пришел на кафедру и сказал все, что есть один студент, который любого преподавателя сделает 5  к 1. Те , конечно, серьезно это не восприняли, особенно, когда увидели, кто этот студент.  Но я настоял.

Это был бенефис Коли. Он отыгрался  за все свои страдания от данной кафедры и не только. Все, кто с ним играл, проиграли при подовляющем преимуществе Коли.  Под раздачу попали все, кто хотел доказать, что это недоразумение. С кафедрой произошло то, что когда-то испытал я. Они тоже не могли понять, как такой, по их мнению, тупой студент-хвостовик мог так играть. Конечно, после этого на Колю уже смотрели другими глазами, и он с легкостью сдавал все зачёты, курсовые и экзамены. Потом как-то поблагодарил меня за то, что я инициировал такой шахматный блицкриг.

Шахматные куры

После 4-го курса института нас направили в Сочи для прохождения летней  практики. В нашей компании было несколько человек, в том числе Коля и я. Местом нашей практики был Сочинский мясокомбинат. Вместо двух месяцев мы там проработали  первые полдня. Этого хватило и нам, и мясокомбинату, чтобы понять, что наши интересы не совпадают.  Нас отпустили и хорошо, что не попросили покинуть общежитие, помнится, на улице  Донской.

Наш праздник упоения свободой длился недолго. Через пару недель у нас закончились деньги. Перебрав все возможные варианты заработков,  мы решили использовать Колю и его шахматные способности.

В то время в парке Ривьера был шахматный клуб. Может быть есть и сейчас.
Этот клуб делал небольшой себе бизнес. В определённое время с утра или вечером собирались 16 человек шахматистов,  неважно кто это был: новенький или завсегдатай. Они скидывались по рублю и организовали блиц-турнир. По 5 минут. Каждый участник, соответственно, играл 15 партий. Турнир длился около 2,5…3 часов.
Занявший 1-е место в турнире получал 5 руб. За  2-е место — 3 руб, а занявший 3-е место возвращал свой рубль. В итоге шахматный клуб зарабатывал за каждый турнир 16-5-3-1= 16-9=7 руб. Неплохой бизнес по тем временам. 2-3 турнира в день и неплохой заработок.

Решили с Колей попытать счастья, и если получится, заработать денег. У нас сразу получилось. Получалось и потом. Коля обычно занимал одно из призовых мест. И тогда мы покупали в ближайшем кафе  курицу-гриль (или полкурицы, или просто проходили мимо в зависимости от того,  какое место заняли).

Дело в том, что иногда попадались шахматисты — настоящие мастера. Был среди них один мужичок, волосатый, хромой и ничем более не примечательный. Всегда приводил с собой девушек, которые были каждый раз разные, но все красивые и явно не шахматистки. Не знаю, вдохновляли ли они его  или отвлекали его соперников, но почти всегда у всех выигрывал! Он был высококлассным шахматистом.

Когда он приковыливал с очередной девушкой в клуб, я понимал, что над нашей курицей нависала реальная угроза и мы можем остаться без ужина. С такими Коле было особенно тяжело. Он играл с ними на время и выигрывал чаще по времени, а не по игре. Поначалу это плохо  получалось. Пару раз оставшись без нашей шахматной курицы, мы решили подключить меня, объединить наши усилия. Мои шахматные «способности» были не при чём.   Тут пригодилась быстрота моей реакции.  (Не зря, ещё в школе, я был неплохим вратарем…А может это моя очередная иллюзия).

Моя роль была очень простая: стоять рядом с  Колей и следить за флажком соперника с момента, когда он начинал зависать. А когда флаг соперника падал, я толкал Колю ногой и он говорил: «Флаг».  В итоге, Коля стал занимать только первые места.  А хромой шахматист был обычно вторым. Однако, для меня это было тяжёлое испытание, потому что самые интересные моменты в завершающей стадии игры мне приходилось пропускать,  глядя на флажок соперника. Один раз на мгновение отвлекся, мы проиграли хромому и это стоило нам полкурицы.  Посчитали, что ее съела девушка хромого.

Шахматная блиц-партия имеет такую особенность. Выиграть можно или поставив мат, или если зафиксировать факт падения флажка соперника. Бывали случаи, когда флажок соперника ещё висел, а наш флаг уже упал, но соперник, увлечённый игрой, этого не видел, пытаясь поставить мат. И когда его флаг тоже падал, я толкал Колю, Коля говорил: «Флаг» и как первый заметивший это, признавался победителем. Часто именно эти последние  секунды или доли секунд были решающими и позволяли нам выигрывать партии в бызвыходных положениях для Коли, в шаге от неминуемого мата. И, главное, съедать нашу честно (или почти честно) заработанную шахматную курицу.