fbpx
Skip to content

21.06.2021

Наводнения в Крыму. Стихия не всегда предсказуема, но должна быть всегда ожидаемой

by Eduard Kushu

        «Засуха и берегоукрепление шагают по руслам рек  Крыма»,  «Чёрную реку в бетон», «Точку  в истории с берегоукреплением реки Чёрной под Севастополем поставят публичные слушания», «Специалисты уверены, что проблема берегоукрепления реки Чёрная надумана», «Бетонный саркофаг для реки Чёрной», «Правительство Севастополя сошло с ума», «Как правительство Севастополя за 58 млн спасает жителей Черноречья». Так или примерно так назывались ряд статей и видеосюжетов, посвященных проекту берегоукрепления реки Чёрной в селе Черноречье города Севастополя, разработанному НПЦ «Берегозащита» в 2017 году. Чего только мы не прочитали и не послушали о данном проекте и о себе… Причём не только от разгневанных жителей села Черноречье на общественных слушаниях, но и от поддержавших их местных общественников и депутатов, «единоросов», местных «специалистов».

          Проект, получивший все согласования, прошедший государственную экспетизу в ФАУ «Главгосэкспертиза России», полностью готовый к воплощению, был отвергнут жителями, и в результате правительство Севастополя прогнулось под давлением жителей села и возбужденной общественности, отказавшись от реализации проекта.
          Тогда, на слушаниях,  жителей возмутило то, что я стал показывать фотографии и рассказывать «страшилки» о последствиях наводнений в Краснодарском крае — в Туапсе и Туапсинском районе и в Крымске, когда стал говорить о том, что в Крыму и Севастополе тоже вероятны  наводнения. Особенно сильно завозмущались, когда я привел доказательствах существования канализационных стоков в реку, выявленных в процессе проведения инженерных изысканий. Меня во время доклада откровенно чуть ли не освистали и уже не дали продолжить доклад. Ход слушаний вышел из-под контроля организатров и пошел по сценарию другому, заранее отрежесированному. Несли чудовищную ахинею: и что изысканий мы не выполняли, и что делали проект по рекам  Краснодарского края, и что рыбу не ту решили выпустить в реку, и что разрушим Чоргуньскую  башню, и что затопчем старое татарское кладбище, и что вода в реке исчезнет, и что тут наводнений не было и не будет и многое другое. Одни говорили, что запроектированные конструкции слишком большие, другае утверждали, что слишком маленькие, но те и другие поддерживали друг друга.
         Сегодня картины, подобные тем, которые были  на фото с  Кубанских наводнений, но уже в натуре можно увидеть в Крыму в результате наводнений 17-18 июня 2021года. Бедствия принесли «засушливые речушки» Севастополя и Крыма.
         Я часто вспоминаю этот свой доклад и сейчас понимаю, что  неверно в нем расставил акценты, начал слишком издалека, не учёл специфику аудитории и был слишком академичен.  Чувство досады и вины  за то, что не смог убедить народ, осталось посей день. Хотя тогда и тот народ убедить в чём-то, несовпадающем с его мнением,  было, пожалуй, невозможно.  Мнение народное сложилось не просто так, а имело под собой простую житейскую причину, а именно: лучше сегодня пользоваться речкой, беря из неё воду и сбрасывая в неё хозяйственно-бытовые стоки, чем какая-то непонятная навязанная защита от надуманных наводнений, которые даже если и будут, т только через 100 лет. Жители были в чём-то по-своему правы. Водопровода и канализации в селе нет, вот и приходится местным жителям пользоваться речкой…https://www.crimea.kp.ru/daily/26857/3903073/    Мы же тут со своим берегоукреплением хотим перекрыть эти «каналы» нелегального  водопользования. Однако честного и открытого разговора на этих слушаниях не получилось. Только в обычных разговорах, за рамками протокольного общения, жители говорили о том, для чего им нужна река.  Вот и пришлось мне и нашим заказчикам на общественнных слушаниях выслушивать глупые вопросы и некомпетентные обвинения.  

         По сути, отвергая и обвиняя проект, на слушаниях отвергали и обвиняли действующие законы, нормы и правила проектироваия, строго в соответствии с которыми проект был  разработан. Власть особо и не сопротивлялась, а я оказался плохим ей помощником в этом.

        Итогом этих слушаний и последующих разбирательств  стало понимание властей, что следует больше внимания уделять текущим чаяниям местных жителей и учитывать их при формировании программ, при определении приоритетности объектов.   Что касается данного проекта, нужно было приступать к его реализации лишь после решения в Черноречье проблем водопровода и канализации. Кроме того, в задании на проектирование следовало учесть необходимость спусков к воде, там, где это возможно.

         Что касается актуальности берегоукрепления реки Черная в селе Черноречье…Угроза наводнений в селе есть, причём более существенная, чем в других сёлах. Это сейчас пронесло, когда чаша Чернореченского водохранилища была полупустой и приняла в себя паводковый расход впадающих в нее рек и ручьёв, включая реку Чёрная. Если по какой-либо причине произойдет залповый сброс  воды из водохранилища, то Черноречье первое село, которое окажется на пути водного потока, прошедшего Чернореченский каньон.  Каких бед при этом натворит данный поток, выйдя из каньона и встретив на своём пути русло, не сформированное берегоукрепленими, готовое к приёму паводковых расходов, а заросшее растительностью заполненное русловыми наносами? Для ответа на данный вопрос сегодня нет необходимости ссылаться на примеры из других регионов…
         В этот раз в наибольшей степени пострадали Керчь и Ялта. «Завтра» это может коснуться любого другого населённого пункта. В том докладе я хотел донести до людей, что вероятность климатических аномалий, в том числе вызывающих катастрофические наводнения, неуклонно повышается. Краснодарский край с этим столкнулся раньше. Стихия не всегда непредсказуема, но к ней всегда нужно быть готовым.

         И ещё! Негативность опыта нереализации берегоукрепления на реке Чёрная в селе Черноречье заключается в том, что  после этой многосерийной истории, нашумевшей в прессе и в интернете, у госзаказчиков, по всей видимости, выработалось стойкое неприятие и более настороженное отношение к объектам берегоукреплений из-за проблем с обоснованием их актуальности. Это тоже усугубило неготовность властей всех уровней, пострадавших населённых пунктов и региона в целом,  масштаб последствий от прошедших наводнений 17-18 июня 2021 года. И не последнюю негативную роль в этом сыграла пресса (см. начало статьи). Падкие на сенсации авторы мнимых разоблачений повторяли, множили и тиражиривали явно искаженную и лживую информацию, касающуюся проекта, предприятия, правительства Севастополя. Это вместо того, чтобы разобраться и вникнуть в суть вопроса. 

         Что касается общественных обсуждений мест размещения, а также  проектных и конструктивных решений и параметров берегозащитных гидротехнических сооружений, то нельзя обсуждать и тем более  позволять оспоривать качество проекта тем, кто некомпетентен в вопросах проектирования. Нельзя подменять государственные экспертизы мнением народа. А если так хочется пообсуждать, то не так давно в действующем законодательстве появился отличный механизм регулирования мнением народа: пункт 6, ст. 67.1 Водного кодекса РФ, который запрещает любое капитальное строительство с границах зон затопления и подтопления, если не предусмотрены берегозащитные сооружения.
          Строгий контроль за соблюдением данного пункта поможет исполнительной власти найти понимание местного населения в вопросах проектирования и строительства берегозащитных сооружений.

 

21.06.2021

Comments are closed.

%d такие блоггеры, как: